Место, где земля закругляется

- Что ты с ним сделал, капитан Роберт? - спросила майита. Она таращилась на всё происходящее со своей лавки. Глаза её светились в темноте, как у испуганного животного.

- Это магия. Магия смерти, - голосок ний'зи, обычно мелодичный, звучал резко. - Запретная магия!

Игорь хотел возразить. Сказать, что это не магия, а обычная вещь. Наука для дилетантов. Но посмотрел на испуганных девчонок и промолчал. Пусть думают, что он применил магию. Раз уж они так её все боятся, пусть боятся и его заодно. Своего капитана. Боятся, значит уважают, уважают, значит любят.

.. А дисциплина на корабле важнее всего.

Зато у него теперь есть результат. Маг или не маг, но был он живой, а сейчас нет. Значит, надо убавить силу тока, иначе от такого разряда окочуришься прямо за штурвалом. Вместо того, чтобы получить свободу.

Он метнулся в капитанскую каюту, критически осмотрел найденные кувшины и кружки и выбрал несколько подходящих по размеру. Нужно уменьшить разряд. Сделаем несколько батарей и по очереди проверим. У него есть ещё та животина на палубе, полудохлая, но живая.

И труп. Не классическая лягушка, но всё же тело, пригодное для опытов. Да ты прямо Гальвани и Вольта в одном флаконе, приятель.

Пришлось ещё раз метнуться на палубу за морской водой. Моряки с соседних судов таращили глаза на то, как он бросает за борт кувшин на верёвке, и вытаскивает его полным до горлышка. Суеверия, не иначе. Но нам это на руку...

Стараясь не суетиться, он сделал ещё три батареи. Пот лил с него ручьём в духоте каюты, глаза щипало, пальцы дрожали.

Но в конце концов работа была сделана. Три батареи, разного размера, как матрёшки, стояли перед ним на столе. Материал закончился, монеты ушли все, покромсанный на кусочки металлический кувшин и кружка с ложкой - всё пошло в дело. Но оно того стоило. Что же, быстренько испытать, и приготовить к использованию. Того гляди, скоро пригодятся.

Он выставил все три батареи на "лабораторный" стол, и выбрался на палубу. Надо было притащить второго подопытного.

На палубе он увидел дивное зрелище: тощий парнишка Край сидел, сложив ноги калачиком, и нянчил на руках чёрную игуану.

Зрелище было что надо. Загорелый до черноты парень держал чешуйчатую зверюгу и нежно поглаживал её пальцами по выпуклым бокам. Игуана доверчиво расположилась у него на коленках. Её бахромчатый гребень, весь в торчащих меж перепонок острых иглах, подрагивал, вытянутая морда с полузакрытыми глазами прижималась к плечу Края. Кажется, тварь даже урчала, как довольный кот.