Кельт. Место под солнцем

Девушка на чем свет кляла своих островитянских богов, я же просто мрачно шлепал по лужам, стараясь наступать на остатки каменной мостовой, коей когда-то была вымощена эта улица.

– Темно, как в заднице у Эстайна… – пробормотала Энтиэнна в очередной раз едва не свалившись в переполненную канаву. Чтобы удержать равновесие ей пришлось схватиться за мое плечо.

Света действительно почти не было. Редкие далекие фонари на улице Старьевщиков были загорожены массивными силуэтами домов. Они высились подобно чудовищным зверям, пытающимися зацапать нас изломанными тенями.

Конечно, каждый сколько-нибудь честолюбивый маг мечтал заиметь себе башню. Но, понятное дело, на всех честолюбивых магов башен не напастись. Они все были сочтены и давно поделены. Сплетники чесали языками, что когда маг состаривался, молодой коллега приходил к подножью башни и вызывал ее хозяина на бой и коли одолевал, то сам поселялся в ней.

Кстати, о Старике.

– Где откопал этого хрена? – шепотом спросила меня Энтиэнна, перепрыгивая очередной водный поток.

– Нашел на полу у себя в доме.

– Да ж серьезно!

– Так и я…

Она надулась, а я про себя улыбнулся. Почему-то мне нравилось ее подкалывать.

Тем временем мы миновали еще два больших дома. Странно, что здесь совсем не было стражи… хотя, с другой стороны, надо быть полностью отшибленным на мозги, чтобы грабить жилища магов, где тебя запросто мог размазать по стеночке какой-нибудь древний голем.

– Ну и как ты, девочка, собиралась в него пробраться? – вдруг обернулся к нам Старик, нехило так напугав. Он указал клюкой на высившуюся по левую руку мрачную тень. Из-за дождя очертания дома были смазаны. Относительно невысокий забор скалился в сторону улицы четверкой каменных горгулий на столбах, по его центру располагались ворота с калиткой – отдельный вход для прислуги.

– Кантан сказал, что амулет поможет миновать охранные чары, – ответила Энтиэнна, но я понял по интонации, что сейчас она не была в нем уверена.

Хотя Старик и уверял, что заложенные в амулет чары не должны были повредить именно ей, девушка все равно, что ни час, проклинала «сраного магика». И я ее мог понять: кому нравится, когда тобой крутят, словно пешкой?

– Ну что ж.