Кельт. Место под солнцем

– Хурша… неси заначку, – мрачно сказал он, опуская глаза, и тут же заработал презрительный плевок себе под ноги от мелкой воровки.

– Трус! – бросила она и свалила, чем вызвала у нас настоящий взрыв хохота.

– Похоже, в ближайшее время тебе больше не дадут, Косой, ха-ха! Сам со своим косым управишься! – завизжал от хохота Жаг и даже орки не удержались от улыбок.

Вскоре объявился Хурша и с мрачной рожей протянул мешочек с медяками своему вожаку. Тот, было, принялся отсчитывать монетки, но я вырвал мешочек из его рук и на прощание заехал кулаком в живот.

– То-то же… Будешь приносить мою долю на рынок… а коли узнаю, что дела утаиваешь… порву нах*й!

Ха! Это оказалось проще, чем я думал! И добыча оказалась что надо. Почти пять десятков медяков! На радостях я купил у Гурты каждому из своих парней по здоровенному пирожку с мясным фаршем.

Черт подери, я такой вкуснотищи тыщу лет не ел!

Но пока Лэг и Жаг наперебой рассказывали Нурсу, как мы раскатали Косого, я кое-что приметил. И это «кое-что» мне не понравилось.

– Эй, Нурс… Ты знаешь этого перца? – спросил я товарища, украдкой указав ему на шпиона, но тот лишь пожал плечами. Но, как оказалось, его знал кое-кто другой.

– А уж не племяш ли это Ахела? – пропищал Жаг.

Черт. Если это так, то дело пахнет п*здюлями. Через час мне уже нужно было быть у него.

ГЛАВА 5

Братва Бобруты базировалась в большом старом здании на окраине рынка. Его фундамент видывал еще владычество эльфов, но само оно было уже много раз надстроено и перестроено и нынче являлось трактиром под нелепым названием «Перо». Правда, в этот трактир обычному толстобрюху лучше было носа не казать, если он не хотел в самом скором времени оного носа лишиться.

Честно признаюсь, братцы, распахнуть створки «Пера» и шагнуть внутрь, потребовало всей моей смелости.

День катился к вечеру, и внутри было людно. Большая зала с дубовыми столами походила на таковую в «Гусе», но была заметно лучше отделана и много менее засалена и загрязнена. На стенах висели картины, а медные подсвечники выглядели так отпадно, что так и просились в мешок да на продажу скупщику.

Я пошмыгал носом. От густого запаха тутового джусра защипало в глазах. Едва ступил за порог, на меня тут же обратилось с десяток взглядов.