Осколки души. Том 1 и 2

Но в общем смысле она действительно оставалась даром богов, что и отобразилось в регистрационной книге. Вывод? Да черт его знает, но работают местные артефакты даже на дар, принесенный из иного мира. А это, в свою очередь, говорит о том, что и здесь Локи вполне может быть, по крайней мере, в одной из своих ипостасей.

— Не заскучал еще? — спросила Громова, входя в кабинет, я помог ей, придержав дверь, ведь за стопкой книг, которую она тащила, женщину почти не было видно.

— Ух ты, и это все мне? — поинтересовался я, рассматривая фолианты.

— Ну, если уж рыться в древностях и слухах, то почему бы не делать это как следует, — улыбнулась женщина. — Мне нравится, когда в учениках просыпается дух исследователя, и не только в том, чем мы занимались. Но прежде…

— До ночи еще далеко, а у меня отличная просторная комната, — улыбнулся я, дразня Елизавету. — Вот только книги ко мне сами не придут.

— О, их и выносить из закрытого зала не стоило, — поняла мои мысли Громова. — Хорошо, милашка. Расскажи, ты ищешь что-то конкретное или просто интересуешься слухами.

— Хочу вернуть кусочек души, который у меня украли, — глядя прямо в глаза библиотекарши, ответил я. Та вздохнула, закусив губу, но, тряхнув головой, собралась с мыслями.

— Я уже говорила — все это глупые выдумки. Если бы я могла забирать души и силы — давно бы стала графиней и правила небольшой губернией в Российской Империи, а не оказалась сослана в заштатное заведение.

— Это очень странно, почему оно заштатное. Тут преподаватели из Пруссии, Польши и двух империй.

— Последний оплот неслучившегося великого государства, — пожала плечами Громова, усаживаясь в кресло и закидывая ногу на ногу, так, чтобы платье «случайно» сползло и оголило аппетитные бедра женщины.

— Империи собираются разделить остатки Пруссии и начать планируют с этой академии, подчинив ее себе? — предположил я и, судя по округлившимся от удивления глазам Елизаветы, оказался совершенно прав.

— Нет, скорее всего, уже нет. Сейчас на троне последний «король», с треском проигравший войну за независимость. У него отобрали все, включая титул. Его лучшего рыцаря загнали в ловушку, не дав даже воспитывать сыновей. А после отстранив от управления академией и отобрав все титулы, — горько улыбнулась Елизавета. — Часть деканата сейчас за нашей империей, часть — за Священной Римской. Так что Кенингсштадт — последний оплот магии в Пруссии.