Осколки души. Том 1 и 2

— На чем мы остановились? — спросил я, заставив звук идти по намеченному маршруту.

— На том, что сегодня вы полностью ответите за свои прегрешения и свою гордость, — холодно улыбнулся Морозов, раскручивая оставленный на столе хлыст.

— Прошу, только не бросайте меня в терновый куст. Все что угодно, только не в терновый куст, — парадируя кролика из знаменитой сказки, крикнул я. Морозов на мгновение задумался, нахмурившись, обвел камеру взглядом, а затем, улыбнувшись в предвкушении, огрел хлыстом по спине неудавшегося насильника.

Дох ё. Десяток слоев иллюзии пропал мгновенно, я едва сумел удержать нижнюю прослойку так, чтобы не стало видно, что кожа подморожена, но это оказалось на тоненького. Зато с удовольствием посмотрел на удивленное и даже обиженное лицо палача, когда я вскрикнул, но совершенно не то, что он ожидал.

— Да! Еще! — Хлыст опустился на заледеневшую спину. Надеюсь, тому парню больно, будет знать, как насиловать девушек. — Жестче, я прошу.

Сильнее!

— Да что с тобой не так? — растерянно спросил Морозов, а затем взмахнул хлыстом, нанеся хлесткий, разрывающий кожу удар.

— О-о да! Еще! — выкрикнул я, пытаясь изобразить разом вожделение, боль и страдание. Обозленный палач ударил еще раз, задев голову насильника и чуть не сломав ему шею. Иллюзия слетела, но я успел ее восстановить до того, как Морозов отдышался. Правда, теперь тело совершенно обмякло на дыбе, а в таком положении кричать оно вряд ли что-то сможет.

Так что мне хоть и хотелось продолжить, но пришлось заканчивать импровизацию.

— Больной какой-то, — пробормотал Морозов, еще раз ударив насильника хлыстом. — Пожалуй, пороть его и в самом деле бесполезно. Что за студенты пошли… никакого уважения к профессии. Куда мир катится.

Бормоча ругательства, растерянный преподаватель вышел из камеры, закрыв дверь на ключ. Я выждал минуту, убеждаясь, что он действительно ушел, а затем быстро подменил собой висящее без сознания тело.

Пришлось потрудиться, чтобы создать видимость таких же повреждений, как и на подвергшемся пыткам парне, но мне его не было жаль, совсем. Если уж ты урод, который не в состоянии удовлетворить свои потребности, когда вокруг тебя десять девушек на одного — то тут никакая природа не поможет. А так… вдруг у него мозгов прибавится.

— Вот этого заберите и отнесите к нему в комнату, — велел Морозов, возвращаясь в камеру.