Осколки души. Том 1 и 2

— Ничего, сейчас ты и вторую спустишь благодаря новому товарищу, — обидно рассмеялась Катерина и в этот раз была абсолютно права. Как и в следующий.

— Все! Прости, но все, больше денег я тебе дать в долг не могу, мне самому жить не на что будет! — возмущенно вскочил Олег, когда я попросил в долг в третий раз.

— Хмм. В принципе, я могу дать в долг, если еще хочешь сыграть. Благо у меня в деньгах недостатка нет. Только вот как отдавать будешь? — спросил, чуть прищурившись, Николас. — У твоих родителей есть деньги.

— Найдутся. Карточный долг — это святое, — на автомате сказал я, чуть не выдав себя. Но противник, загоревшийся легкой наживой, пропустил эту фразу мимо ушей.

— Давай так, десять раундов, ставка на круг — пятьдесят, — сказал, чуть подумав, Николас. — Проиграешь, будешь должен пятьсот монет мне и еще восемьдесят — Олежке. Выйдешь, признав поражение раньше, будешь должен свою часть в банке.

— Хорошо, не вопрос, — улыбнулся я, беря выданные карты. В этот раз не пришло ничего, так что я тут же поменял две из них.

С каждым раундом я становился все мрачнее, а Олег, наблюдавший за ситуацией со стороны и видевший мои карты, в какой-то момент не выдержал и со стоном ушел за другую парту.

— Десятый раунд. Вскрываемся, — довольно сказал Николас. — Две пары. Дамы и девятки.

— Две пары… младше, — бросила на стол свою руку Пожарская.

— Черт. Кажется, я буду сильно должен. У меня ни одной пары, — со вздохом я выложил свои карты. Все одной масти. От шестерки до десятки.

Парочка картежников переглянулась, но ничего не сказала. Николас, не слишком уверенно ухмыляясь, уже потянулся к горке монет разного достоинства. — Очень жаль. Давайте я запишу точные суммы, чтобы ничего не забыть.

— Постой! — вскинулся сидевший Олег, он мгновенно засиял и оказался рядом с партой. — Ты же победил! У тебя стрит — полная улица!

— Что еще за улица? — удивленно спросил я.

— Вот именно, что еще за улица? — хмыкнул Николас, демонстративно встряхивая мои карты.

С них слетело несколько капель воды, но ничего не изменилось, кроме жутко удивленного лица картежника.

— Так ты жульничал, собака? — вскипела Катерина, но набросилась не на меня, а на прикрывшего голову Николаса. — Опять? Я тебя испепелю!

— Эй, подруга, погоди секунду! — вскочил парень, защищающийся от ударов локтями. — Ты же меня знаешь, я бы никогда.

— Значит, я выиграл? — изображая крайнее удивление, сказал я и немедля подвинул банк к себе.