Осколки души. Том 1 и 2

К чему вольным торговцам такая рухлядь? — усмехнулся я, повышая ставку. Казначей, даже не рассуждая, докинул от себя. Нинэ чуть подумала. Заглянула в карты и, кивнув, поддержала ставку. Началась серьезная игра со ставками ценой в жизнь.

Глава 39

— Повышаю на галеон, — сказал Фавон, кидая на стол ассигнацию. Переиграть его просто повышением ставок я не могу, финансы не те. Судя по волнам накатывающей статики, принц едва сдерживается, чтобы не огреть меня током, но не факт, что его раздражительность будет мне на руку.

Сейчас он купирует свой гнев презрением, но вряд ли потомок императоров не ведет маленькую черную книжечку, куда записывает всех неугодных.

Казначей играет не глядя. Перед ним ни разу не открывавшиеся карты и стопка денег. Похоже, он только за вечер выиграл гигантское состояние, но нельзя сказать, что он доволен происходящим. Никакого азарта или увлеченности, будто он пришел на скучную работу. Хотя, возможно, виной всему его железобетонная уверенность в удаче.

И все же больше всего опасений у меня вызывала Нинэ Маунтайн. Лисе было что терять, она явно нервничала, крупье оставалась на стороне хозяйки вечера, и, будто этого мало, женщина — опытный игрок, который держит маску довольства уже многие годы. Я представляю, чего ей стоит каждый такой вечер. Особенно когда он не приближает ее к собственному замку в королевстве польском. И дело не только, да и не столько в деньгах.

— Отвечаю и поднимаю на два галеона, — спокойно сказал я.

Если принц разом поднимет банк до пятидесяти галеонов, я ничего не смогу сделать, только пойти ва-банк. Но юмор в том, что у Нинэ и Ганса количество денег вполне сопоставимо. Единственное «но» — у них могут быть внутренние резервы, которые есть возможность использовать, а у меня из резервов — только не слишком ценящееся честное слово.

— Вы так уверены в своей победе? — спросила Нинэ у казначея, когда очередной круг поднял ставки еще на галеон. — Вы ни разу не посмотрели на свои карты.

— Мне незачем это делать, я знаю, что смогу забрать банк, — сухо ответил Ганс, совершенно не интересующийся игрой.

— В таком случае и играть нет смысла, согласитесь? — сказал я. — Если вы побеждаете, даже не глядя. Не радуетесь победе и не страдаете от поражений, в чем тогда смысл?

— В прибыли, — широко улыбнувшись, ответил казначей.

— Тогда в чем смысл для нас? Госпожа Нинэ, вам бы понравилось все время проигрывать? Нет? Хм.