Осколки души. Том 1 и 2

Еще один сошел с ума, получив жуткие галлюцинации и не в состоянии отличить реальный мир от вымышленного. Очень интересный случай, между прочим, он утверждал, что может видеть альтернативные миры, в некоторых из которых Кенингсберга нет, а в других замок разрушен, — холодно улыбнулся Морозов.

— Кто последний? — спросил я, уже догадываясь об ответе.

— Последний, наиболее успешный, но не менее трагический эксперимент. Ранее крайне уважаемый и образованный магистр возрождённого ордена тамплиеров, Ганс Амадеус фон Бах, потерял всяческую силу в связи с попыткой передать дар от третьего лица своему единственному внуку, — зачитал Морозов и захлопнул блокнот.

— Как видите, даже если подобные изыскания проводятся — они никогда не заканчиваются ничем хорошим.

— И все же, разрешите узнать, не сменил ли с тех пор Ганс свое имя? И не остался ли он в стенах академии? — прямо спросил я.

— Все верно, остался и сменил. Но это было уже больше десяти лет назад, его внук погиб, а сам бывший магистр не только лишился всех титулов и званий, но и совершенно потерял силы, — заметил инквизитор.

— Ваши нападки на него совершенно беспочвенны. А если вы хотите в чем-то обвинить нашего казначея, придется очень тщательно подбирать слова и аргументы.

— В таком случае… нет. Вы правы, мне и в самом деле стоит лучше подготовиться. Но раз вы убедились в моих рекомендациях, я прошу у вас помощи. Не материальной и не имеющей ничего общего с преследованием ваших знакомых… — начал, тщательно продумывая слова, говорить я, когда нашу беседу прервали громким стуком.

Морозов посмотрел мне за спину и с шипением выпустил воздух сквозь сжатые зубы.

Я тоже обернулся и увидел уже знакомое мне личико. Опущенные в пол глазки, покусываемая губа и бумажка, сжатая в кулаке. Похоже, баронесса фон Браун пришла за очередной порцией запретного удовольствия, найдя способ обрушить на свою спину наказание. Разбила несколько тарелок в столовой или украла любимую кошку преподавательницы?

— Я готов вас подменить, — сказал я, повернувшись к Морозову.

— Вы оставите меня пытать преступницу, а в обмен передадите мне все книги с описанием ритуалов. Особенно меня интересуют те, где экспериментатор по какой-то причине выжил.

— Пытать людей не самое приятное, но необходимое дело, — жестко сказал инквизитор. — Уверены, что справитесь с этим?

— Обещаю — она будет кричать, — многообещающе улыбнулся я.

— Хорошо, — с плохо скрываемым облегчением произнес Морозов. — Будут вам и выписки, и книги.