Осколки души. Том 1 и 2

Разве вам лишние глаза в академии помешают? Или, может, пара ног, которые могут оказаться там, где вам быть не следует, или в то время, что вы заняты? — довольно оскалился я, и лед во взгляде инквизитора чуть оттаял. — К тому же мы ведь договаривались, если у вы начинаете действовать — я вам помогаю.

— Вот как? Мне казалось, что обсуждали мы несколько иные обстоятельства, — холодно заметил Морозов. — Прежде чем продолжить разговор, прошу предъявить рекомендацию.

— Как пожелаете, — сказал я, вынув из внутреннего кармана пиджака письмо.

Это было самое узкое место в моем плане.

Предъявить простую бумагу с текстом — совершенно не вариант, и я осознал это как только ко мне в руки попала расписка о собственности от принца. Нет, подделать я могу что угодно, по крайней мере, на короткое время, но вот проверку на наличие магии сотворенная мной печать не выдерживала. А в свидетельстве на собственность все было прекрасно.

Печать, казавшаяся на первый взгляд обычным куском воска, самовосстанавливалась, если ее поцарапать.

Вначале я хотел снять ее для использования на другом документе, но это оказалось не так-то просто, а рисковать ее разрушением я не стал. К тому же от печати исходила едва ощутимая аура, которая могла перестать работать. Чернила не размокали и не стирались. И даже бумага обладала собственной четкой фактурой.

Пришлось очень сильно постараться, просидев несколько часов в библиотеке и найдя переписку двух инквизиторов в военной хронике, я скопировал оттуда манеру речи, а затем изменил в письме только некоторые слова, наложив иллюзию поверх основного текста.

В идеале, даже если бумагу держать над огнем, моя структура выдержит.

— Отлично, рекомендации и в самом деле самого высокого уровня, — уважительно сказал Морозов, пробежав глазами по строкам. — Вот только сам факт существования такого письма вызывает большие вопросы.

С этими словами он сделал то, чего я совершенно не ожидал, просто бросил письмо в жаровню. И как это понимать? Существование письма взывает вопросы? Я постарался не подавать вида, что в панике, но едва успел поймать себя и не дать дернуться ноге.

Что делать? Почему письмо не могло быть получено? Он связался с отделением на другом краю света, и меня раскрыли? Все пропало?

— Вы хорошо держитесь, — усмехнулся Морозов. — Даже чересчур хорошо. Не боитесь, что ваша рекомендация сгорит?

— Это меньшая из моих печалей, — ответил я, до того как понял, что вопрос даже не с двойным, а с тройным дном.