Михаил Гущин. Предотвратить смуту

В руке, которую он держал за поясом, я увидел кнут. — На этом ваше путешествие на поезде заканчивается. Дальше вас повезут в грузовике.

Он не объяснил куда нас повезут, а спрашивать не особо то и хотелось. Единственное желание, которое я испытал — снять с себя эти кандалы и сломать шею этому напыщенному уроду, но пока это было невозможно.

Грузовик ждал у края железнодорожной насыпи. Нас посадили в кузов, а рядом сели двое охранников, зорко следивших за каждым действием. Еще один охранник сел рядом с водителем. Включая меня, я насчитал двенадцать пленников.

К своему удивлению я заметил, что все были простолюдинами — ни одного одаренного, даже охранники не владели даром. Они с едва скрываемым страхом поглядывали на мои кандалы, желая убедиться, что они все еще на мне.

Да, ребята, если бы не эти штуки, я бы точно здесь не задержался, еще и остальных пленников прихватил бы с собой.

Ехать пришлось до глубокой ночи. Пыль поднималась из-под колес и оставляла после грузовика длинный шлейф. Тем не менее, мы все приближались к горам.

Здесь они были не особо высокие, местами поросшие лесом, но их было видно издалека.

Несколько раз пленники падали в голодные обмороки, но охранники даже не пытались им помочь. Я и сам сейчас вспоминал завтраки в академии и мечтал о том, как вернусь и съем порции три, а может и больше. Интересно, в академии хватились меня искать? Уверен, что это проделки Игнатьева, но как ему удалось вывести меня из академии через посты охраны? Эти болваны бывают слишком дотошными, а тут прохлопали человека в бессознательном состоянии? Не поверю.

Надеюсь, Палыч хватится и начнет поиски, а пока моя задача — продержаться здесь до прихода помощи или найти способ выбраться самостоятельно.

— Приехали, — радостно произнес один из охранников и соскочил на землю. Второй остался в кузове и проследил, чтобы вниз спустились все.

В этом время к нам уже направлялась небольшая группа людей из домика, построенного возле входа в шахту. Пленников выстроились вдоль машины, совсем как в тот раз возле поезда.

Некоторые настолько ослабли, что даже не могли стоять.

— Ну, что, оборванцы! — начал тучный человек с огромным пузом. — Мое имя — Гордей Сердюк. Я здесь главный! Теперь копи Родионовых — ваш новый дом. Сейчас вам выдадут немного еды, но уже утром вы все отработаете сполна. Запомните! Мне плевать что с вами будет. Вы должны выполнить норму, иначе сдохнете, а на ваше место мы найдем других.

Толстяк шел вдоль ряда пленников и рассматривал каждого.