Поворот ключа

– Такие, как ты, не достойны даже чистить мою обувь! И какая-то простолюдинка смеет говорить со мной на равных, утверждая, что якобы знает, что такое «счастье»?! Сама ваша связь абсурдна! Она вне логики, вне добра и зла! Ваш союз недопустим ни на земле, ни на небе. И то, что у вас родилось…

– Бросай свою затею и убирайся! А лучше, отдай свою половину ключа, – проговорил гостье Фрис. – Это единственное, что ты действительно можешь для нас сейчас сделать.

– Выпустить чудовище? – усмехнулась та. – Ты думаешь, меня бы пустили к вам, имей я его при себе?

– Вы не могли явиться без куска, – качала головой и усмехалась Дани.

– Половинка нужна им так же, как она, – имела в виду она, видимо, свою дочь.

– Так где она? – злобно оскалилась Адель, отчего вздрогнули все, кроме Клотильды. – Она сама есть ключ ко всему!

– Сказано тебе, она на улице. Убирайся из моего дома, чёрное отродье! – кряхтела на неё хозяйка избы.

– Если выйду я, сюда явится Локдерон с сотоварищами, всё вверх дном перевернут, разберут ваш дом по щепкам, где бы вы её не прятали: на чердаке, в тайном лазе между брёвнами, мои ищейки учуют.

Открывай сама лучше двери в подвал! – в пренебрежительном тоне угрожала той гостья.

– Подвал? Так вам нужен мой погреб? – усмехнулась старушка, направляясь к печи и сдвигая синий вытянутый коврик у дальней стены. – Милости прошу, что вы собираетесь там найти? Я не понимаю. Вам уже сказали: девочки здесь нет.

– Хорошо играете, буду рекомендовать вас в труппу уличных артистов.

Тебе пойдёт шутовской колпак, дорогуша, – с насмешкой глянула гостья на Фриса, двигаясь к погребу. – Эй, Хорлен! – крикнула она, позвав кого-то снаружи, и вскоре в дом вошёл ещё один гость.

Мужчина в массивной броне, преисполненной всё той же орлиной символики, с львиной мордой на пряжке широкого пояса и двуручным широким эспадоном в вытянутых узорчатых ножнах, взирал из-под колыхавшейся и зачесанной на две стороны чёлки, серыми глазами с грубоватого лица с выступающей «подковой» густых светлых усов.

Рыцарь выглядел суровым и напряжённым. Угловатые губы его с выразительной ямочкой были плотно сжаты, лицо слегка опущено вниз, словно в скромном приветливом поклоне головы с пшеничного оттенка длинными волосами. Он был крупным, плечистым и рослым, на полголовы выше Фриса и стоявшей на каблуках Адель, к которой и последовал.

Открыв погреб, они бродили по нему довольно долгое время, перебирая буквально всё, что там находили.