Вестник. Книга 1.

– Девушка оторвала взгляд от пола и посмотрела на повелителя Тёмного народа, теперь уже восседающего на парящем в воздухе троне. Муар`шагготх более не выглядел пугающе – доспехи цвета ночи сейчас отчего-то сменили цвет на белый, такой же, как у самой Аэлинны, а устрашающего вида рога, венчающие шлем, пропали бесследно. Исчезла и давящая на сознание аура, всегда окружающая Муар`шагготха. - Донеси до Палаты Чародеев мое недовольство. И не забудь упомянуть, что в следующий раз им об этом сообщат уже на Пике Смерти.

- Да, Муар`шагготх. 

Девушка встала на ноги и, поклонившись, покинула тронную залу. Муар`шагготх еще несколько минут смотрел на закрывшиеся за ней двери, после чего встал с трона, подошёл к ничем не выделяющейся стене и на мгновение замер. В ту же секунду на каменной поверхности одна за одной начали вспыхивать и тухнуть сотни, тысячи соединенных тончайшими линиями звезд, вместе образующих воистину огромную спираль.

- Тысяча сто сорок семь миров, Творец. Когда же ты покажешься своим детям…? – Произнес Муар`шагготх, задержав взгляд на пока еще мерцающей точке.

***

- Ваше величество, карета подана. Если не возражаете, то я поеду с вами. – Мужчина в элегантном костюме чуть поклонился, обращаясь к императору. – В последние дни во дворце ходят странные слухи…

- Я знаю, Дэвиан. Именно об этих, как ты выразился, слухах, меня и пригласили поговорить епископы. Они обеспокоены тем, что против меня может готовиться заговор. – Император улыбнулся и забрался в карету следом за своим начальником охраны.

- Осторожность – не порок, мой император. И вы как никто другой должны это понимать.

Дэвиан коснулся борта кареты и замер на мгновение, а спустя секунду её окутала прозрачная силовая плёнка. Придворный маг императора придирчиво оглядел свое творение и, что-то в нём подправив, запрыгнул в карету.

- Трогай!

Четверка прекрасных вороных скакунов сорвала экипаж с места и уже через пару минут он выехал за пределы дворца.

- Дэвиан, как протекает выполнение нашего плана? Хоршсцы ничего не заподозрили?

- Об этом слишком рано судить, мой император. Если опираться только на внешние признаки и на донесения наших шпионов, то их командование считает происходящее проявлением трусости – якобы мы решили защищать только столицу, бросив всю остальную империю им на съедение.