Целительница. Выбор

И процесс этот будет только ускоряться, потому как ночь, дождь, усталость и внутренний завод, требовавший: быстрее, быстрее… Сюда бы такого, как Сыч: чужого, а потому хоть и переживающего, но все-таки отстраненного, не теряющего здесь никого из близких. Но старшим координатором был местный, что не только не уменьшало сумятицы, сколько делало ее острее, потому как команды бросались буквально на прорыв.

И если там, внутри системы, это, приевшись, было не столь заметно, то когда на свежачка, да к тому и в теме, как оно бывает, то вполне очевидно.

А между тем, поисковая часть операции еще не исчерпала себя. Третий день после землетрясения. Шансов все меньше, но еще достаточно, чтобы беречь и силы, и себя.

- Исход-четыре, сектору…

- Исход-четыре… - придавив тангенту, сипло выдавил стоявший в двух шагах от него Миронов.

Лицо подполковника было серым. От пыли. И в разводах, оставленных не только потом, но намертво повисшей в воздухе моростью.

Реваз тоже был серым. И только зубы белели, когда он скалился, словно пытаясь вот этим, так и не сорвавшимся с губ внутренним рыком, отогнать бесившихся на площадке перед рынком духов смерти.

И ведь удавалось. Из двадцати двух пострадавших, которых передали в госпиталь чуть меньше чем за четыре часа, не потеряли ни одного.

Это не грело и не успокаивало, но хотя бы поддерживало веру. В то, что справятся.

Игнат присел на ступеньку прикрепленной к ним санитарки. Выравнивая дыхание, согнулся, упершись ладонями в колени. Устал. Да и тревога…

О Сашке старался не думать, но не думать о ней не получалось – слишком близко, так что подступало.

Но он держался. Лишь цедил что-то матерное сквозь зубы, реагируя на очередной вызов оперативного сектора, да тяжело вздыхал, когда становилось совсем невыносимо.

А потом все уходило. Потому что он – лекарь. Потому что – должен.

- Доложите состояние целителя? – возвращая в реальность, сквозь хрипы пробился голос ответственного за сектор.

Миронов посмотрел на Игната…

Еще не момент истины, но точно на пути к нему.

Поисковик, совсем молодой парнишка, курсант с первого курса, уснувший прямо на ходу.

Трое – спасатели-добровольцы из местных. Два перелома ног, перелом ключицы, вывих плечевого сустава и сотрясение мозга.

Для одного было бы много, для троих вроде как ничего страшного.