Легенда о Лазаре 9. Враг моего врага

Если бы он молчал, если бы покорно принял клятву, думал молодой человек, ничего этого не произошло бы.

Потом, когда душевная боль от самобичевания стала невыносимой, он начал винить Лазариса. Не появись Саймон Сван на их пороге, и сейчас они с отцом тоже были бы живы. Возможно, находились бы в намного худшем, даже бедственном положении, но всё-таки опять же вместе.

Но затем Рианет осознал простую вещь. Даже если бы он молчал, как рыба, о связи Мастера Хаоса с Шарталами быстро стало бы известно. Агенты имперской тайной службы не просто так ели свой хлеб.

А значит, главными виновниками того, что он сам находится в камере, а его отец – в могиле, были не сам Рианет и не Лазарис. Ими были тайная служба, культ и, можно даже сказать, весь Эрд.

Вот только это осознание сделало всё лишь хуже.

Злиться на самого себя, до крови разбивая о каменную стену кулаки и лоб, было довольно просто. Злиться на одного конкретного человека, думая обо всё новых и новых способах ещё сильнее изувечить четвертованный труп – ещё проще.

Но вот когда врагом стала целая страна…

Рианет пытался. Пытался представить, как убивает своих тюремщиков. Как бежит из этих подземелий, добирается до дворца и душит императора. Как отправляется куда-то незнамо куда и расправляется с каждым из членов культа Зверя, лица которых прочно засели у него в памяти…

Вот только чёткое понимание невозможности всего перечисленного, понимание безвыходности ситуации, того, что он находится не просто в тюрьме, а в плену у своего самого главного врага – всё это стало непреодолимой преградой для гнева и злобы.

И спустя совсем небольшой промежуток времени Рианет попросту выгорел изнутри. Планирование побега и мести всё реже занимало его разум. Всё меньше в памяти всплывало лицо отца. Всё чаще в голове становилось пусто и темно, прямо как в его камере.

Через полгода после заключения молодой человек практически превратился в овощ. Он перестал реагировать на вопросы следователей, перестал реагировать на пытки, часто даже забывал о существовании в его камере дыры в полу, выполнявшей роль нужника.

Если бы не существовало прямого приказа Айро о том, что, если Рианет умрёт, следом отправятся и все, кто за ним не уследил, проблемного пленника давно бы по-тихому придушили. И он бы даже вряд ли стал сопротивляться.

Так прошло одиннадцать лет. Лазарис вернулся из мёртвых, как и предсказывал Айро, и про молодого человека вспомнили.