Сага об орке. Выбор сделан

горячего? Ну там, может настой какой травяной? Знаешь, из каких-нибудь веточек, иль листочков?

Надоел этот квас! Кофе хочу, горячего, крепкого, можно без сахара и молока. Эх...

Келда растерянно посмотрела на мужа

— Может брусники заварить?

— Ладно, нормально всё, не напрягайся. Просто... — я заглянул в кружку, которую только что наполнил для меня Гунар.

Я уже и сам почувствовал себя капризным ребенком: все ему не так, квас ему не нравится... Квас, я так понимаю, единственный напиток, который и выставить на стол не стыдно, и не сильно дорог в производстве.

— Понимаю, — мрачно кивнул Гунар, — тяжело наверно жить в чужой семье?

Не стал его разуверять, тем более что отчасти он прав.

— Хорошо, Асгейр Брансон, я не буду спрашивать тебя, зачем такая спешка и почему именно следующим летом, — начал разговор Гунар, — ты уже доказал, что к твоему слову надо относиться серьезно. — он помолчал, вздохнул, — Давай тогда подумаем, что можно сделать.

Ну вот! Давно бы так. А то: зачем да почему?

— Я так понял, с Сигмундом ты уже говорил? — толи спросил, толи констатировал Хельми.

— Да, —кивнул я с тяжким вздохом.

— И что?

Что, что...

— Ну так как, Сигмунд, весной берешь меня с собой?

Повторный разговор я затеял в конце пути, когда до усадьбы оставалось несколько часов ходу. Будущий «великий форинг», для которого этот поход тоже первый, несколько минут ехал молча, хмурился, морщил нос, всячески изображал тяжкие раздумья и неудовольствие. Наконец, когда мне уже надоело смотреть на него снизу вверх, и я решил, что ответа не дождусь он выдавил:

— Я же сказал, что подумаю.

— Что ж, — я пожал плечами, — это справедливо...

— Он еще тут рассуждает о справедливости! — презрительно фыркнул идущий рядом Калле. Понятно, он на год меня старше, и как не мечтает, но раньше, чем через год-два и не рассчитывает приобщиться к жизни походника.

— Я не договорил, — холодно обронил Сигмунд.

Я тут же умолк, но мой старший кузен опять тянул «мхатовскую паузу». Парень, ты где этому научился?

— Как уже говорил, я не буду сажать на гребную скамью совершенно бесполезных орков, не важно, родственники это или нет. Ты, мальчик, должен быть не хуже любого бойца, только в таком случае ты станешь дренгом в моем лиде.

— Так и сказал? «Не хуже любого бойца»? — уточнил Гунар.