Император полночного берега

Великан повел своих товарищей по следам незнакомца сквозь заросли. Вскоре маленький отряд спустился в ложбину, по дну которой протекал ручей не более трех шагов в ширину. На противоположном берегу стояли трое людей. Двое из них, облаченные в белые плащи, были вооружены луками и короткими мечами. Третий, стоявший посередине и самый молодой на вид, в белой жреческой хламиде, был безоружен.

— Извини моего товарища за его выстрел, — произнес молодой жрец по-ногарски, глядя Хорругу в глаза. — Ему пришлось так поступить, ибо ты не слушал голос.

— Какой голос? — насторожился Хорруг.

— Голос, который привел тебя сюда.

— Я всегда сам иду туда, куда считаю нужным, — жестко ответил Хорруг. — Мне нет нужды прислушиваться ни к каким голосам.

— Раньше ты к нему прислушивался, — заметил молодой жрец.

— Кто вы такие? — спросил Тороний.

И он, и Аррелий знали язык ногаров ничуть не хуже Хорруга. Лишь один Демилий не понимал ни слова.

— Я Аммат, последний жрец Дромидиона, — назвался жрец. — Это воины-хранители, — он указал на своих товарищей.

— Тоже последние? — с ухмылкой спросил Аррелий.

— Последние, — подтвердил Аммат без тени улыбки.

— Так вы дромиды?! — ошеломленно воскликнула Минессис. — Я слышала, что вас всех перебили.

— Не всех, как видишь, — ответил Аммат.

— Что вам нужно от нас? — неприязненно спросил Хорруг.

— Он предложил нам тебя, — многозначительно произнес Аммат, глядя на Хорруга немигающим взглядом. — И предложил указать тебе путь.

— Кто, он? — не понял Хорруг.

— Тот, чей голос ты давно забыл, слушаешь, но не можешь услышать.

Аммат отступил назад и поманил гостей за собой.

— Идемте. Ваша женщина нуждается в отдыхе, да и вам он не повредит.

— Хоть кто-то заметил, что я еле держусь на ногах, — облегченно вздохнула Минессис.

Аррелий взглянул на Хорруга.

— Что скажешь, дружище?

Каданг махнул рукой.

— Отдохнем здесь.

— Не стой пнем! — нетерпеливо воскликнула Минессис, ткнув Аррелия кулачком под ребра. — Я хочу отдохнуть. Перенеси меня через этот ручей.

Аррелий подхватил ногарку на руки и первым ступил в воду.

Обширную пещеру освещало пламя, пляшущее в большой чаше бронзового светильника. Аммат молча указал на расстеленные у стены шкуры, в центре которых стояли блюда с яствами, кувшин и кубки.