Айрин, графиня из Бездны. Книга 1

В ответ старуха лишь презрительно сплюнула. Это был единственный отзыв, который получили благородные королевской крови от тетушки Сильвы.

— Если родители стоят на одной ступени, то их ребенок становится на ту же. Если же ступени родителей разные, то ребенок становится на низшую. Правда, это можно изменить, — заканчивала свои наставления Линария.

После всех полученных разъяснений один вопрос сильнее всего волновал Айрин.

— Мам, а как люди получают эту благородную кровь?

— Что значит — как? — удивилась Линария — Они с ней рождаются.

— А если не родился, тогда как?

— Никак, — пожала плечами Лин.

— Но вот в сказках, — продолжила Аури — Принц женится на прачке, и она становится принцессой.

Линария вздохнула и притянула дочь к себе.

— Во — первых, сказки — это сказки. Пора тебе прекратить их слушать. Сказки выдумывают, чтобы развлечься, и в них может быть всё что угодно, а в жизни — нет. А потом, если принц женится на прачке — это была такая нелепица, что Линарии потребовалось перевести дух — То она станет принцессой, но не благородной.

Айрин подняла на мать круглые от удивления глаза.

— А так бывает?

— Ни разу не слышала, — ответила мать — Но благородные не из королевской семьи иногда берут в жены простых девушек из богатых семей. Тогда такой девушке даётся первая ступень, неважно, на какой она была до этого, а её дети будут благородными шевалье.

— А может у короля, или принца родиться ребенок без магической крови?

— Да что у тебя все короли да принцы, — в сердцах воскликнула Лин — Не знаю, о таком я тоже не слышала.

— А как определяют, у кого есть кровь?

— Обычно при рождении. Кровь поджигают, и если ничего не происходит, то значит, в тебе самая обыкновенная кровь.

— А что должно произойти, если ты — благородный?

— Не знаю. Разное говорят. Красный огонь. Синий огонь. Яркий огонь. Не знаю.

— Кровь горит черным пламенем, — зловещим шепотом рассказывала Сильва, вплотную наклонившись к Айрин — И слышатся голоса тех, кто находится в Изнанке.

Иногда Айрин жалела, что ходит к старухе. Но как только появлялся новый вопрос, она снова шла в кабинку на входе. Постепенно она привыкла к выходкам Сильвы, как привыкла к еде и воздуху.

Воздух в городе оказался хуже, чем еда. Первые дни Айрин пробовала затыкать нос, меньше дышать, искать места почище — всё напрасно. Воздух был тяжёлым, едким и пах выгребной ямой.