Айрин, графиня из Бездны. Книга 1

Аури облила спиртным из бутылки рану на голове, и фермер застонал, приходя в себя. Кинжалом Аури срезала клок волос вокруг раны, торопливо промыла её, и затем, наложив проспиртованную тряпку, крепко перевязала мужчине голову. К тому времени Тайрон уже открыл глаза и пытался двигаться. Движения получались вялыми и заторможенными. С трудом усадив фермера на стул, Айрин сунула ему в руки ружьё, а сама сбегала обратно к стойке и выгребла из кассы всю мелочь, что там нашла — горсть медяков и серебряных монет.

— Пошли уже, Аури, — раздался слабый голос Тайрона — Чего ты там копаешься?

На мгновение гнев охватил девочку. Она сжала деньги в кулаке, глубоко вздохнула и подошла к фермеру.

— Вы идти сможете?

Тот попытался приподняться, опираясь на стол, и со стоном упал обратно.

— Нет... ты иди… скажи барону, пусть сюда пришлют людей…

Айрин испытала острое желание пнуть фермера.

— Нет, господин Тайрон, нельзя вам здесь оставаться. Нам нужно уходить! Сейчас я вам поищу опору.

Такой опорой оказалась швабра, найденная в углу.

Дверь оставалась запертой, и пришлось выбить стекло в окне, а потом тщательно убрать все осколки, чтобы фермер смог через него перелезть.

В конце концов, они выбрались из трактира и зашагали прочь — Аури шла сама, скрипя зубами при каждом шаге, Тайрон опирался на швабру. Выйдя к реке, они нашли рыбака, готового отвезти их в нужный район. В уплату он взял все деньги, что Айрин забрала с прилавка, и ружьё в придачу. Тайрон не хотел отдавать ружьё, настаивая, что это подарок барона, но Аури просто отняла его и пообещала рыбаку отдать награду, когда они приплывут.

— Мой дядюшка сильно повредился головой, вот и несёт всякий вздор.

Рыбак, всю жизнь проживший в Новом Городе, ничему не удивлялся. Он высадил их на каменной набережной, уставленной кабаками и трактирами, и объяснил примерное направление. Медленно–медленно, то и дело останавливаясь для отдыха, Айрин и Тайрон продвигались к цели.

За полчаса они прошли лишь квартал, после чего фермер, выпустив импровизированный костыль, опустился на камни мостовой, прислонившись к стене.

Никакими уговорами нельзя было убедить его подняться, он, в полубессознательном состоянии, бормотал бессвязные предложения. Айрин чувствовала себя ненамного лучше. Улица была пуста, но ярко светили фонари и окна в домах. Подойдя к одной из дверей, Аури принялась стучать в неё

— Пошла прочь, — раздалось изнутри, и девочка отступила в сторону.