Маг с яростью дракона

Маргелиус кровожадно улыбнулся и, поведя рукой, превратил землю под ногами стражников в лёд. С довольной ухмылкой понаблюдал, как те неловко скользят по катку, и пошёл прочь, помахав им рукой. Ох, ну и ругались же они.

Пора было выбираться из этого гостеприимного города-героя.

Спокойно уйти ему не дали. Как и следовало ожидать, так просто дрейданцы не сдаются. Недаром тысячу лет назад бились со злым магом. Доблесть у них в крови. Через два квартала, на площади Простофилей, его поджидал экстренно вызванный городской маг Роган в окружении отряда стражи.

— Сдавайтесь, — тоненьким голоском прокричал Роган, нервно поправляя сюртук пухлыми пальцами.

Жизнь в Дрейдане была спокойная, сытая, тихая, и он вообще забыл, когда пользовался магией. Ну, если не считать фокусов для девиц, с которыми он мечтал провести вечер.

Маргелиус злобно ухмылялся, глядя своими яркими жуткими глазами на мага, остановившись от того шагах в тридцати. Вдалеке прогрохотал гром.

— У вас нет выбора. И если вы не будете сопротивляться… — начал блеять Роган, отчаянно потея.

— Нет, я уже сдавался, хватит с меня! У меня есть идея получше, — свирепо ухмыльнулся герцог, впиваясь тяжёлым взглядом в глаза противника. К чести последнего, он хоть и отчаянно потел, но подготовку прошёл хорошую. Взгляда не отводил. — Вы дадите мне пройти, и я благородно свалю из вашего любезного города, не заморозив его так, что он ещё три тысячелетия не оттает.

— Ты блефуешь, — побледнел Роган.

— А ты проверь, — хрипло рассмеялся Маргелиус, делая движение рукой.

Маг соорудил контрзаклинание и недоумённо оглянулся, — он не почувствовал заклинания погоды. Магии не было. Контратаковать нечего. Только если попробовать убить этого пришлого мага. Он озадаченно потёр лоб.

— Что это за вид магии? Это не магия Воителей, не Северная, не Эльфийская, я вообще не чувствую магии.

Маргелиус кровожадно улыбнулся и вскинул руку, рисуя морозные узоры на стенах домов.

— Убить его! — гневно крикнул Роган страже. Те мигом подняли алебарды, нацелившись на противника.

— Проклятье, — выругался Маргелиус. Даже через тысячу лет все в этом месте хотят его убить. Крайне недружелюбный город.

Раздался страшный взрыв, Маргелиус зажмурился. Всё… довыпендривался. Над площадью раздались удивлённые возгласы.

Герцог открыл глаза и обалдел: на площади, брюхом на земле, лежал искусанный, окровавленный Свирепый, а рядом валялся Нерри.