Маг с яростью дракона

Не знал, что сказать, чтобы её успокоить, и сильно сомневался, что у него это выйдет. Напугал бы её ещё больше только.

— Пусти, ты, мерзкий похититель! Я сама пойду! — по его спине застучали маленькие кулачки.

— Будешь плохо себя вести, я тебя съем! — рявкнул Маргелиус. Девчонка громко хлюпнула носом и затихла.

На ночь он выбрал небольшую полянку с вековыми деревьями. Развёл костёр. Усадил пленницу ближе к огню и дал одеяло. Затем поглядел на её дрожащую от ночной прохлады фигуру, вздохнул и отдал своё тоже.

Он задумчиво поглощал ужин, запивая ромом. Пленница ела без аппетита, как птичка, но это уже была победа. Если она решит морить себя голодом, что ему делать-то?

На следующий день он внял уговорам Зейлы: позволил той идти самой. А то и вещи, и девчонку тащить весь день. Надо сказать, даже при его силе тяжеловато.

— Если ты думаешь, что это поможет тебе сбежать, сразу выкинь эти мысли из головы, — зловеще предупредил маг, ослабляя верёвки на её ногах.

Они пробирались через небольшой лесок, когда натолкнулись на двух крестьян.

— Помогите! Он похитил меня! Помогите! — заорала во всю мощь своих лёгких Зейла, взывая о помощи к двум довольно неказистого вида мужчинам. Но ей казалось, что нет участи хуже, чем находиться в руках этого ужасного человека.

Парни переглянулись и двинулись в сторону Маргелиуса.

— Эй, ты! Отпусти девчонку, а то хуже будет! — угрожающе выставив вилы, крикнул дородный крестьянин.

Маргелиус одарил несчастную девушку таким любящим взглядом, что слова о помощи застряли у неё в глотке.

— Парни, поверьте, вы не хотите иметь меня своим врагом, — процедил маг, положив руку на нож и медленно направляясь в сторону крестьян. Другой рукой он нарисовал в воздухе снежинку, та вспыхнула, переливаясь всеми гранями на солнце.

Мужики, глухо выругавшись, попятились. Связываться с магом — плохая идея. Внимательно изучив лицо Маргелиуса, они пришли к выводу, что с тем, кто слывёт самым паскудным и мерзопакостным из магов, они точно связываться не хотят.

Они сплюнули, пробормотав в сторону Маргелиуса пару проклятий и пожеланий свернуть где-нибудь свою поганую шею, и развернулись, делая вид, что не слышат криков несчастной жертвы. Им ещё семьи кормить, детей поднимать, а девчонку они не знают.

— Трусы, — выругалась Зейла, глядя вслед удаляющейся надежде на спасение.

— Ты больше не будешь так делать, — яростно процедил маг, наклоняясь к лицу девушки.