В интересах государства-3. Аудиториум, часть 2

— Эээ… С кем?

Патриарх указал в сторону берега, и, присмотревшись, я увидел одиноко сидящую на скамейке фигуру в черном кожаном плаще. Корф.

— Он-то здесь зачем? — прошипел я.

Отец пожал плечами.

— Я всего лишь выполняю его просьбу - привести тебя к нему после экзаменов. А сейчас я пойду - нужно пригласить Штоффов на ужин в честь твоего поступления.

Не дождавшись моих возражений, отец повернулся и зашагал в сторону леса. Я же, плотнее затянув шарф на шее, направился прямиком к Пистолетычу.

— Судя по всему сдал, — вместо приветствия сказал Корф и похлопал по свободному месту на скамейке возле себя. — Присаживайся, Михаил.

— За нами могут следить. Встречаться здесь неразумно.

— Садись, Михаил. Здесь слежки нет.

Неодобрительно качнув головой, я все же устроился на самом краешке скамейки.

— Зачем вы приехали?

— Поздравить. И сообщить условия нашей сделки, — Корф обернулся ко мне, и я заметил свежую царапину на его щеке. Видимо, ночь прошла бурно.

Глава 5

— Почему вы уверены, что за нами нет слежки? — осторожно оглянувшись, спросил я.

Корф безмятежно созерцал медленное течение речки. Я заметил, что помимо пары свежих царапин на его лице красовалось несколько кровоподтеков, словно он участвовал в драке.

— Об этом позаботились, — не отрывая взгляда от воды, отозвался тайный советник. — Михаил, что ты помнишь о Третьем испытании?

Я хотел было ответить “ничего”, но, пораженный внезапным озарением, так и застыл с открытым ртом.

Увидев смятение на моем лице, Корф позволил себе улыбку.

— Значит, помнишь. И, видимо, многое. Отлично.

— Но почему…

Черт, я ведь и сам не заметил, что память вернулась. А я, балда, еще и сболтнул об этом Адлерберг! Твою мать! Так облажаться - и даже не понять этого сразу.

— Не понимаю, — прошептал я. — Как это возможно?

— По той же причине, почему за нами сейчас не следят, — улыбнулся тайный советник.

Стоп. Испытаниями руководил Зуров - Адлерберг и все остальные подчинялись ему. И если моя память сохранилась, значит, либо он дал приказ Адлерберг не стирать мне воспоминания, либо я каким-то образом оказался устойчив к такому воздействию.