Войны Пяти Миров: Истоки

Затем он сжал кулак два раз подряд, приказав дарану поменять свою форму, и через мгновение, в его руке появилась булава, затем арбалет, выпускавший лучи Ялауна. Император был восхищен. Когда же Дармас сказал, что солдат сам волен выбирать оружие, которое могло быть запрограммировано в его личном даране, Ариус не удержался от громких аплодисментов, разнесшихся эхом по всему залу.

- Молодцы! – прохрипел он. – Я вами горжусь! Я уверен, что вы можете нас удивить новыми изобретениями, которые внесут вклад в наше великое дело!

Дармас и Ойрвус сели на свои места, довольные своим выступлением и благосклонностью Императора.

- Скоро во дворец поступят новые пленные, - сказал Ариус, смотря прямо на Золуса. – Ведь тебе этого не хватало для успешного завершения своей работы? Правильно, Золус?

Золус испуганно поднял голову и посмотрел на Императора. «Новые мученики. И все ради меня?» - подумал он перед ответом.

- Да, Великий! Я полагаю, что новые вивалийцы помогут мне успешно завершить начатое.

- Надеюсь, это так. Мое безграничное терпение уже начинает заканчиваться.

Вдруг раздался гонг, оглушивший всех людей, находившихся в тот момент во дворце.

- Казнь? – поинтересовался Император. – Сколько можно уже? Кого казним?

- Лукония Варуса, оружейника, - быстро ответил придворный писец Лофаний, боясь вызвать приступ гнева у правителя.

- Одного? Вы что издеваетесь? Я же уже распорядился, чтобы казнили сразу нескольких. Собираете не менее десяти преступников и одновременно казните! Мне что, каждый день выходить перед толпой? Вы же знаете, как меня это бесит! – императорский зал наполнил надрывающийся крик Императора.

- Великий! – Славус взял удар на себя. – Приговоренные к казне, в связи с пытками, которым они подвергаются, не выдерживают ожидания и умирают раньше положенного срока.

- Так, пытайте их медленнее! – брызжа слюной, рявкнул Император.

Немного успокоившись, Ариус обратился к Лофанию, в обязанности которого входило ведение протоколов всех собраний, а также написание истории кеметинской Империи, прославлявшей самого Императора:

- Ты подготовил мою речь?

- Да, Великий, - Лофаний подошел к Императору и передал ему пергамент, на котором размашистым, но аккуратным почерком было написано очередное обращение к народу.

Слуги подбежали к Ариусу и, аккуратно взяв его под руки, помогли встать с трона и пройти в его покои, в которых располагалась балкон с видом на Пепелище и весь Даманис.