Инсомния

Но чувырла из Дома Плесени подошел ко мне именно по поводу моего дара крови. То есть он знал об этом, как и об испытании. Значит, знает и местное руководство, которое строго соблюдает нейтралитет и никому не помогает.

Веселье началось после занятий, когда нас повели обратно в белый квартал. Ева чуть отстала и, поравнявшись со мной, некоторое время молча шла рядом. От нее пахло чем-то сладковато-цитрусовым.

А еще ее походка сильно изменилась. Теперь она держит спину и немного задирает подбородок при ходьбе. Как по мне, не очень удобно, можно легко споткнуться.

– В Лире умеют читать на всеобщем? – спросила она наконец.

– Умеют, – ответил я тихо.

– Тогда наверняка и книги есть, в которых описываются принципы правящих Домов.

– Нет, таких книжек не видел. Но зато нас учили здороваться и представляться.

– Извини, забыла надеть цепи и обмазаться кровью, – съязвила она.

– Проблемы с памятью? – спросил я, намекая на наше первое знакомство.

– Проблемы с безродными плебеями, – ответила девушка без всяких эмоций.

– Некоторые из них рождаются особенными, никак того не заслуживая. И вместо того, чтобы обратить подарок природы на пользу людям, они выделываются, строя из себя непонятно кого.

– У меня самый бесполезный дар пробуждения, – усмехнулся я. – Вам я не нужен. Как и вы мне.

Стало понятно, что когда краснорожий говорил про команду, он имел ввиду Еву и скорей всего мажорчика. Сначала отправили мальчика на побегушках, а когда безродная плесень не стала рыдать от радости, послали девушку.

– Любой дар – это преимущество.

У нас в команде два ловца второго ранга, с тобой будут еще и два ловца с дарами.

Ева не врала. У нее и мажора второй ранг ловца, если верить цифрам. Только она недоговаривала, что у них обоих еще и второй ранг сна. И что-то мне кажется, в калейдоскопе второе важнее первого.

– А красноголовик вам зачем? – по цифрам он две единицы.

– Он тоже полезен. По-своему.

– Ясно, понятно. Все еще не интересует.

Ева схватила меня за руку и развернула к себе лицом. Ну попыталась по крайней мере.

Краем глаза я заметил, как сладкая парочка братьев по линии золотой ложки замерла впереди, бросая на нас косые взгляды.

– Он не примет отказа. И поверь, он не тот, кому стоит отказывать.

– Это тот смазливый, что тебя госпожой назвал? – усмехнулся я.

Ева потупилась и взгляд как-то поблек. Она отпустила мою руку и продолжила идти. Только теперь уже с опущенным подбородком.

– Не он сам, но тот, кому он служит. Он слишком властолюбив и злопамятен.