Княжий сын. Отцовский трон

Но это меня не особо волновало, потому что в казне моей было больше одиннадцати сотен гривен, если считать с добычей, которую мы взяли с Аурела.

А это, надо сказать, очень значительная сумма. Пожалуй, по наличному капиталу я сравнялся с каким-нибудь купцом средней руки. Хотя большинство из них предпочитали не держать деньги при себе, а пускать их в дело, постоянно приумножая свои капиталы.

Вложил, получил больше, ну или потерял, смотря как повезет. Ничего не поделаешь, такая уж у купцов жизнь, и она сильно отличается от нашей, воинской.

Хотя у нас можно потерять не только деньги, но и жизнь.

Уезжать с Ямпольской заставы было жаль. Уж очень спокойно нам там жилось, и слишком хороший доход приносило наше предприятие с лекарственными травами. Перегонный куб, который мы годом ранее заказали в Виннице, я разобрал и забрал с собой. Не знаю, где я смогу его поставить, потому что дома у нас нет, но не оставлять же его наемникам, которые приедут нам на смену. Что они будут с ним делать, брагу перегонять, чтобы пить еще больше, чем обычно? Да и не разберутся они с такой сложной вещью, взорвут, а то еще и пожар устроят.

Но дождавшись, когда на заставу прибудет смена, мы отправились обратно в Киев. Ехали большим отрядом, никого не боясь, и как я надеялся, никого особо не пугая. Скоро добрались до главного из торговых городов, и поселились на том же самом постоялом дворе, что и в прошлом году.

К сожалению, Николая сейчас не было в городе, он ушел куда-то со своим караваном, так что нам с боярами пришлось остановиться вместе со всеми.

Нам, конечно, выделили лучшие комнаты, правда и заплатить за это пришлось порядочно. Но, самое главное, на постоялом дворе не было такой услужливой прислуги, как на подворье у Николая.

А вот сказать, что в самом Киеве все было спокойно, я не мог. Конечно с первого взгляда все было как всегда: купцы и приказчики решали свои дела, а обычные горожане работали, чтобы оплатить свой кусок хлеба с маслом.

Но с Полудня доносились тревожные слухи и естественно, что это не могло не отразиться на настроении местных жителей.

Григорий тоже был не в настроении. Более того, в какой-то момент мне показалось, что он зол на меня.

- Ну ты и человек, Олег, - покачал головой киевский мэр, когда я в его кабинет явился за оплатой наших услуг в качестве наемников. - Отправили тебя на спокойную заставу. Год за стенами отсидеться, не отсвечивать особо.