Кузня Крови

Кто-то растеряно произнёс:

— Выходит, те повозки, что мы видели два дня назад с холма, привезли каторжников для их создания?

Тут же раздался восторженный вопль Фату:

— Выходит, что Кузню посетил кто-то из высочеств? Надеюсь, это её высочество Леве! Я мечтал увидеть её с двенадцати лет!

Я лишь покачал головой. Кто о чём, а Фату об одном. Вздохнув, я двинулся к умывальникам. Пока все спорят и галдят, можно заняться делом. И лечь спать. Плевать мне на этих Кровавых жнецов. Возможно, не будь за моей спиной схватки с дезертиром и разбойниками из клятвопреступников, я бы тоже волновался.

Глава 20

Не знаю как остальные, а я спал отлично. Едва коснулся головой туго набитой пером подушки, как провалился в сон. Когда же открыл глаза, в дортуаре ещё было тихо.

Не так давно я заметил за собой эту привычку — просыпаться за несколько минут до появления наставника. Но не жалел о том, что отрываю это самое сладкое время, время последних минут, от сна.

Никто не лез с вопросами, никто никуда не заставлял бежать или повторить тысячу ударов мечом.

Я просто открывал глаза в тишине и смотрел в потолок под дыхание спящих товарищей по обучению. Думал о доме. Вспоминал матушку, отца. Представлял, как они там без меня. Сабио Атриос говорил как-то, что солнце раньше встаёт на востоке, а затем катится через королевство. Верде как раз восточней наших владений, так что родители сейчас точно ещё спят, за узкими окнами замка кромешная ночь и звёзды.

В коридоре раздались тихие шаги, и я вздохнул. И не я один. Всё же подобная привычка, вставать до побудки, появилась не только у меня.

Грохнула дверь:

— Встаём птенцы, встаём! Через десять минут строимся в коридоре!

Старший наставник Глебол с ухмылкой оглядел нас, ёжащихся от сквозняка, гуляющего по коридору, то и дело зевающих. Скомандовал:

— За мной.

И двинулся не вправо, как обычно, в трапезную, а влево. Туда, где даже не было выхода. Вокруг раздались шепотки, а вот я поджал губы.

Так оно и вышло.

Позади осталась скрипучая дверь и стража возле неё. Я снова шёл вдоль камер и уже другим взглядом глядел на прячущихся от света светильников людей. Впрочем, не все из них боялись. Обитатель одной из них встретил нас, не забившись в угол, а прильнув к решётке и жадно в нас всматриваясь. Грязный, заросший седым волосом так, что видны были только глаза и толстый мясистый нос.