Карающая длань законотворца. Том 2

— После недолгой перебранки, он поднял меня за плечи и из рук в руки передал мерстеру. — Это сплошной мешок проблем, директор, и я абсолютно не уверен, что мы можем ей доверять. Надо было отправить её императору и забыть обо всём. Милая! — Струат занял скамью напротив и подозвал подавальщицу. — Мне как обычно. А! Принеси чего-нибудь пожевать нашей леди, а то она весь квартал своим желудком на уши поднимет.

— Ну знаете ли, — шикнула я, вырываясь из крепких объятий директора. — На весь квартал даже Фиора с Угдаром не хватит.

— Пф. — Леди Спайто поджала губы и отвернулась. — Вам надо было сказать об этом служанке. Мы специально приставили служку, чтобы наша будущая им-пе-ра-три-ца ни в чём не нуждалась.

— Вы специально приставили недавно поднятую нежить, чтобы она кормила меня завтраком? Леди Спайто, а вы весьма недурны в решении подобных вопросов. Не желаете ли отправиться ко мне в поместье? У меня там с десяток абсолютно невоспитанных детей и подобные методы с ними вполне сработают.

Мерстер хрюкнул в кулак. Струат демонстративно отвернулся, стараясь скрыть покрасневшее от едва сдерживаемых эмоций лицо. Леди Спайто крайне выразительно продемонстрировала всю степень презрения к моему искреннему предложению и ткнулась носом в какие-то бумаги, среди которых мелькнула карта.

Очень похожая на ту, что стащил у заморского принца Сааш.

— Итак. — Я чинно сложила руки на затёртом до белых проплешин столе и выразительно подвигала бровями.

— Леди Диела!

— Тссс. — Мерстер остановил гнев Спайто одним движением пальца и подмигнул. Мне. — Умная девочка. Не зря я отказал императору.

— Отказали в чём? — Я перехватила руку подавальщицы, буквально выдёргивая с подноса тарелку с чем-то горячим и даже приятно пахнущим. — Мне ещё чего-нибудь жидкого, пожалуйста. Не горячительного.

— Умно, — хмыкнул Струат.

— Если попрошу просто попить, то мне могут и сивухи принести.

Кастелло передёрнул плечом, погружая наш стол в сумрак. Тонкая звуконепроницаемая плёнка пошла розовыми сполохами и спружинила, когда девушка вонзила в неё руку, ставя на стол высокую кружку.

— Теперь можем говорить.