Диос. Восхождение. ТОМ I

Она была так нежна и хрупка, что парень не мог устоять и всё чаще прикасался к её тонкой белоснежной коже.

-Видишь, этого горбатенького человечка? - из её глаз брызнули слёзы. - Это мой отец. Я до сих пор чувствую его ладонь у себя на голове, я до сих пор вижу его взгляд. Этот добрый взгляд настоящего отца. Он может был и урод, но душа у него была куда красивее и лучше, чем у какого-нибудь красавца. - она утерла слёзы своим маленьким кулачком. Амадо не сдержался и прижал её ещё сильнее, чувствуя, как между ними образовывается связь.

-Джессика, я не хочу чтобы ты плакала. Я отлично понимаю твоё горе... Но жизнь не стоит на месте. Ты должна смирится с потерей, а я хочу стать твоей верной палкой, что позволит тебе подняться на ноги.

Он и сам не понял как выдавил это из себя. Его дыхание пресеклось. Он так боялся всё испортить... Но она улыбнулась. И её улыбка была дороже любого подарка, любых денег, любых драгоценностей.

Она поцеловала мальчика в лоб и позволила поднять себя.

-Знаешь, я уверена что Карлос хотел бы нашей дружбы.

.. Я это знаю. Поэтому, что бы ты не думал, - она смущенно опустила взгляд. - Я не виню тебя в его смерти и хочу исполнить последнее желание брата.

Эта улыбка превращала её лицо в ярко светящийся драгоценный камень. Они взялись за руки и пошли вперёд, по дороге, что оканчивалась где-то впереди.

Гарольд проводил их взглядом. Он внутренне порадовался за сына, вспоминая, как семнадцать лет назад он, молодой, улыбающийся и неуклюжий, впервые гулял с Агатой именно в этом парке.

Воспоминание согрело его сердце, заставив его, как дурака, улыбнуться от уха и до уха.

-Гари, ты чего лыбишься? Я рассмешил тебя?

Гарольд качнул головой:

-Нет, просто кое-что вспомнил... Неважно.

Люсио недоумевающе уставился на Рейеса, но больше ничего не сказал. Молчание могло продолжаться и дальше, но где-то за деревьями послышался свистящий звук, перерастающий в шелест перьев на ветру.

Люсио и Гарольд запрокинули голову и посмотрели ввысь. Он сразу узнал эту силу и эту ауру.

Рассекая огромными жёлтыми крыльями небольшой ветер, к ним на всех порах неслось тело Леандро.

Внутри Гарольда что-то вспыхнуло, стало так ярко и горячо...

Он так давно его не видел. Остался лишь образ, какое-то мутное воспоминание. И теперь оно, словно оживающий бумажный рисунок, представало перед ним, как реальный живой человек.

Это лицо, присущее мудрому королю, эти набухшие тёмные вены, эта гордая походка повелителя, эта корона, присущая лишь лидеру.