Карающая длань законотворца. Том 1

Через несколько минут они будут здесь, ты уверена, что хочешь это видеть?

— Ты сможешь скрыться? — вопросом на вопрос ответила я, глотая затхлый воздух.

— Смогу.

— Тогда пошли.

Берсерк лишь коротко кивнул и перебежками двинулся к противоположной стене коридора, за которой скрывался коридор с клетками. Вообще, отец содержал подвалы в относительном порядке, были здесь, конечно, и не используемые коридоры, но основная часть, рабочая, как называл её герцог, сверкала почти изысканной чистотой. Так что, даже ударившись спиной о стену, можно было не волноваться о том, что запачкаешь костюм.

И тем ярче была разница с темницами. В первых двух было пусто. Кроме нескольких разбитых корыт, в которых, по всей видимости, подавали когда-то еду и воду, здесь можно было найти несколько сухих лежанок и привязанные к кроватям манекены. Сухие тела показательных пленных были до того реальны, что я зарылась носом в плечо воина.

На одном из праздников в честь вознесения Святейшего в прошлом, отец доставал их в качестве пособия для детей.

Почему-то сейчас эти игры казались мне верхом кощунства, а потому я отвернулась от клеток и сипло сглотнула.

— Пришли, — коротко оповестил берсерк, отцепляя мои пальцы от своих плеч и разворачиваясь к решёткам. — Смотри, законотворец.

О… боги.

Н-не может быть.

Я пошатнулась и проехалась плечом по решёткам.

Главное тело?.. Боже мой, я даже не могу правильно оценить это. Этому существу невозможно дать ни одно из доступных мне названий. Мешок с костями, посередине которого было что-то похожее на глаза отцепился правой клешнёй? лапой? от крюка в стене и шлёпнулся на пол. Раскрыв переднюю пасть, он изрыгнул слизь смешанную с кровью и передвигая одну конечность за другой, двинулся в нашу сторону.

Второй демон нашёлся слева от входа. Его голова, зажатая между двух тисков, держалась практически на одном только позвоночнике, потому что всю плоть кто-то съел. Именно этот демон издавал тот свистящий хрип, что я слышала ранее. Обломанные рога висели корявыми ветками, жёлтые, почти мёртвые глаза смотрели с грустью. Он словно ждал своей смерти.