В интересах государства-2. Аудиториум, часть 1

Интервью об инциденте в Ириновке в обмен на мои наработки. Однако имен своих источников я не раскрою. Также я рассчитываю на то, что вы не станете применять ментальные практики, чтобы вытащить из моей головы имена. Я поклялся этим людям сохранить их тайну. Вы можете обещать, что не станете применять воздействие?

— Слово дворянина.

Андрюшин кивнул.

— Тогда сперва начну я. И начну с Голубевых.

— Взрыв газа, — припомнил я официальную версию.

— Никакой это был не газ, — проворчал журналист. — Нет, в итоге, конечно, газ рванул.

— Продолжайте, пожалуйста.

— Это случилось летом. Хорошо помню, тогда стояла жуткая июльская духота, и большая часть знати перебралась загород. Голубевы были в числе тех, кто нередко отдыхал на дачах. Правда, следует уточнить, что Голубевы - род обширный и плодовитый, поэтому их городская резиденция редко совсем уж пустовала… Собственно, ночью меня подняли звонком - дескать, у Голубевых взрыв. Позвонили… Скажем так, давние знакомые из органов правопорядка.

— Информаторы.

— Да. Ну, собственно, на взрыв мы и приехали - все же не абы что рвануло, а дворянский дом. Красивый был… Словом, написал я тогда кратенькую заметку, дескать, так и так. И успокоился на том. А несколькими днями позже позвонил мне товарищ уже из другого отдела. Судебная медицинская экспертиза показала странные вещи. Что несколько трупов, среди которых, к слову, был прежний граф Голубев, имели весьма занимательные повреждения.

Я тихо присвистнул.

— Само по себе, конечно, вопиющее событие. Особенно если учесть, что и правда пытки и убийство имели место…

— Я что тогда удивился - что полиция, что Тайное отделение - все хором заладили про взрыв газа, пожар да несчастный случай. Какой уж тут несчастный, когда медики такое нашли? Стал аккуратно копать, расспрашивать… И закончилось это визитом “ищеек”.

— Угрожали?

— Очень вежливо предупредили, что дальше лезть не стоит. Удивительно вежливо, но очень настойчиво.

Я мрачно усмехнулся. Ну да, вежливые люди - они, видать, во всех мирах “вежливые люди”.

— И вы прекратили поиски?

— Пришлось, — по лицу Андрюшина пробежала тень. — Ради жены. Она тогда еще была жива. Сейчас меня уже ничто не останавливает.

Я кивнул.

— Соболезную.

— Благодарю, ваше сиятельство.