Море

Почти сразу после этого Оля ушла, оставив на столе немытую чашку.

Я потянулся за рукописью, но делать ничего не хотелось. Просто сидел, глядя на бабочек на стене, и думал, сам не знаю, о чём…

Ближе к обеду зашел дядька Алесь.

– Так, – сказал он, – работники умственного труда… Встали и пошли обедать.

«Это ещё зачем», – подумал я.

– Или что? – удивился Вова.

– Или всё, – отрезал Маэстро. – Пройдитесь, подышите воздухом. Сидите тут, как две кильки в собственном соку…

Мы переглянулись.

– Ладно, – кивнул Вова.

– Мы ненадолго, – добавил я.

Вышли из здания и пошли через двор к ближайшей столовой. Вова рассказывал, как он ходил автостопом в Питер, о дальнобойщиках и питерских хиппи, но я почти не слушал.

Прошли через двор, зашли в столовую, пристроились в очередь за тёткой в серой байке с надписью «The Goblin» на спине. Взяли компот, какие-то салаты, но мне не хотелось есть. Отложив вилку, я смотрел в окно.

Прямо перед окном вдохновенно щебетали две девушки, совершенно не обращая ни на что внимания.

И вдруг одна девушка вскрикнула и отдёрнула ногу. Потом снова заговорила, показывая голубя, что влюблённо кружил вокруг выглядывающих из босоножек пальчиков девушки и даже пробовал склевать лак у неё на ногтях…

Вова что-то говорил, но я не слушал. Неясное томление преследовало меня, всё казалось призрачным и никчемным. Казалось, вокруг не было никого, с кем бы я мог перекинуться словом, никого, кто бы разделил мою неприкаянность. Я словно чувствовал себя потерянным, заблудившимся аргентинцем, человеком, который лег спать в свою постель, а проснулся в другом полушарии, за тридевять земель от дома.

И непонятно, как я здесь оказался и как вернуться обратно.

***

Дни тянулись, словно в тумане. Меня преследовали мысли о девушке с рыжими волосами, казалось, будто я попал в чей-то сон и стучусь в пустоту, подобно тому, как пучеглазый геккон бьется о стену стакана-ловушки…

Было солнечно. Мягкий свет ложился на пол, пробиваясь через гардины, на стене с бабочками танцевали солнечные зайчики.

Мы с Вовой только что заварили чай и теперь наслаждались утренним «ничегонеделаньем».

– А что, Андрей, – с запинкой проговорил Вова, ожёгшись горячим чаем. – Слышал историю про Киркорова?

– Какую?

– Писали где-то в социальных сетях, что Киркоров ездил в Тибет за просветлением… Мол, встретился с Далай-ламой, сделал дорогие подарки. А тот взамен дал Киркорову просветление.