Клинки Баал-Рага. Месть Зануф

Помните, что всё это делается только для вас, всех добрых зрителей, собравшихся здесь по приглашению выдающегося императора нашего времени — великого Юлиуса Крегадра, Первого в своем великолепии. Каждый житель нашей могущественной империи должен понимать, кому он обязан своей счастливой жизнью и благосостоянием, и любить за это своего императора так же, как люблю его я и вся моя семья. Надеюсь, вы простите меня за эту минутку слабости…

Толпа ответила ему шквалом восторгов, вызвавшем на жеманном лице отрепетированную гримасу умиления.

— Ну а теперь, пришло время для нашего торжества! Sit Magnus Ludi incipiam! Да начнутся Большие Игры!

Келегран не особо интересовался происходящим на арене, по причине того, что его голова была забита другими мыслями. Как и вчера, в соседнем секторе с комфортом расположились гости Гаморры — Диор и Кассандра, старик по имени Вальтазар, двое юношей с татуировками на лицах, и, наконец, их глава — человек, которого Близнецы называли, кажется, магистром Сикхариусом. Чуть позже к ним присоединился гильдмастер Тёмного Дома, уже знакомый Келеграну, Бруно Феоклист.

— И что у них за совместные дела? — заинтриговано произнес наёмник, краем глаза следя за странной компанией.

— Ты что там высматриваешь? — возмутилась внезапно Франческа, дергая капитана за рукав. — Прекращай. Все игры пропустишь.

— Это было бы неплохо, — пробормотал Буробородый.

— Не говори так, сейчас будет самое интересное — сражения команд семь на семь. Жаль только, что мы отказались участвовать.

— Так у нас и людей не хватает, — фыркнул Дулиан, потягивая пиво сразу из глиняного горшка, отнятого у бармена парой минут ранее.

— Ради такого дела могли набрать. По Темному Дому постоянно шляются бесхозные авантюристы.

Управляющий Играми тем временем вызвал все команды на сцену. В турнирной сетке их было ровно восемь, и они прошлись ровными рядами вокруг арены, приветствуя сперва обычных зрителей, а затем и Круг Яшмы, который почти в полном составе расположился в императорском бенуаре.

— Вам не кажется, что внутри этой клетки кто-то сидит? — спросил Жамаль, неотрывно глядя в ложу Крегадров.

— Ну знаешь, — фыркнула Франческа, — это и младенцу очевидно. Иначе зачем ее вообще туда было вытаскивать. Наверняка, какой-то зарвавшийся аристократ, возомнивший себя кем-то, кто выше Крегадров.