Клинки Баал-Рага. Месть Зануф

К твоему сведению мы все еще надеемся на их сыновей, которых вы, люди, называте денатосами, а мы — Чадами Малкори. Однажды они вернут в Шар-Вар величие Отцов.

— Когда-то уже пытались, — усмехнулся Сикхариус. — Я имею в виду «Sol Trabemus». А затем просто примкнули к войскам Элинады.

— Это ты так думаешь, — зло расхохотался Дениций. — Действительно, в то время все искали себе союзников. Смутные Времена, как-никак. Но Орден Лученосцев не примкнул к Элинаде, а обвел лидеров Культа вокруг пальца. Когда Триумвират поставил Барьеры, власти так называемых «Всесильных» пришел конец.

Вот тогда все приверженцы обоих сторон и заверещали как свиньи.

— Само собой, — кивнул Рогул. — За свою преданность они хотели получить божественные дары, а получили кукиш с маслом.

— К чему все это? — не выдержал Келегран.

— К тому, малыш, что мы никогда не были на одной стороне с Лутриколь и ей подобными продажными существами. Все они, Лариони, Теофан Лютер или Велантис, карманный император Темных, ничем не отличаются для нас, хотя вроде бы и сражаются друг с другом.

— Спасибо, все это было очень информативно, — с сарказмом кивнул Токра.

— Ну да, — с неменьшей желчью ответил Чашник. — Куда такому мальчишке постигнуть всю глубину седой древности.

Повернувшись к Рогулу, он спросил:

— Что там с зеркалом, магистр? Тебе удалось вернуть контроль над связью?

Сикхариус, заканчивая тонкую настройку, пробормотал:

— Еще пара секунд.

И действительно, картинка, покрытая разноцветной рябью, вскоре вернулась на зеркальную поверхность, и собравшиеся рассмотрели тюремную камеру…

***

Стены в городской тюрьме были влажными, покрытыми коричневыми потеками и плесенью.

Несколько мокриц и сколопендр разбежалось под ногами Кассандры, заставив ее взвизгнуть от страха, совсем как обычную девчонку. Охранники довольно заржали. Толкая пленников в спину короткими копьями, они вели их по узкому коридору.

— Ну и скажи нам, какого Ситаса тебе приспичило устраивать этот поджог?

Тон Диора выдавал негодование, которое переполняло его.

Итами ничего не ответил, лишь посмотрел на берсерка красными глазами, полными противоестественной боли.

— Постарайся быть сдержанней с моим братом, Ичиро, — ответил Диору второй юноша, как две капли воды похожий на первого. Единственное, что их отличало, татуировка под глазом.

— Какие мы нежные, — пробормотал тал Рившиц, сменив тон.

В этот момент их четверых подвели к камере и бесцеремонно затолкали внутрь.