Клинки Баал-Рага. Месть Зануф

Изувеченный шариками пилозуб, словно гигантская рыбина, бился в крепких морских сетях. Они опутали его с головы до ног и, с каждой попыткой вырваться, затягивались вокруг все сильнее. Франческа накинулась на огра, отчаянно тыча в него туранской саблей, временно изменив любимым кинжалам и арбалетам. Затем, слегка утомившись, она разрядила крохотные арбалеты, целясь в голову, угадывающуюся под сетью. Бретер наконец пришел в себя и присоединился к наемнице.

Рапира бастарда колола и рубила сильнее, чем сабля Франчески, и Крегадр, наконец, прочувствовал всю ярость мелких людишек.

— Берегись, Франч, — крикнул Жамаль, но его напарница слишком увлеклась боем и не услышала предупреждение. Бретер неосознанно бросился к ней и закрыл своим телом в тот момент, когда огромная белесая рука, покрытая порезами и ранами от шариков, ударила по девушке.

— Ты что творишь, идиот? — прошипела Мариконе, выползая из-под Жамаля.

Бретер не ответил, лишь скривился от боли. Франческа заткнулась, рассмотрев, наконец, что когти огра исполосовали не только плащ наемника, но и кожаный колет под ним. Подобный удар мог запросто переломать ей позвоночник.

— Ну как ты там? В порядке?

— Пока не знаю, — простонал иранец, корчась на земле.

— Дулиан, мать твою за ногу, где ты пропал? — взвыла Франческа.

— Да жив я! — слабым голосом ответил Жамаль.

— Прополоскать бы тебе рот с мылом, Камелия, — раздался суровый голос дварага. — Держи, чертовка.

Дулиан появился на стене с мотком веревки и бросил его наемнице. Она едва не поранилась большим ржавым крюком, который шел в комплекте с мотком.

— Что прикажешь с этим делать?

— Прицепи к монстру, и поторопись. Кажется, он собирает вот-вот освободиться.

Девушка кивнула и самоотверженно приступила к задаче, оставив Жамаля приходить в себя. Судя по всему, Корва многое сделал, чтобы выбить пятый позвонок повыше крестца, которым иранец страдал с тех пор, как его застал врасплох чересчур ревнивый муж и выбросил из окна своего дома.

— Все готово, Дулиан, — сообщила Франческа. Для надежности она набросила дополнительную петлю на гигантскую ногу, выпирающую наружу.