В интересах государства-1

— Ваше… Сиятельство… Целы…

— Помолчите пока. Я попробую вас полечить.

Я закрыл глаза и обратился к силе. Воззвал к свету, который, как теперь я думал, был родовым источником. Потянулся к нему, взял горсточку чистой силы и заставил медленно перетекать из моей руки в тело охранника.

Сила лилась - я чувствовал это, и лишь направлял ее течение. Словно кружево, старался плести целебную вязь. Охранник застонал и крепче сжал мою руку.

— Выходит… Ух, черт…

В следующий миг из его живота вылетело что-то мелкое и дзынькнуло, ударившись о стену сторожки.

Еще одна железка. И еще.

Чувствуя большую уверенность, я направил силу иначе. Остановить кровь, как делали в “Мертвой воде”, и только потом исцелять. Не знаю, сколько я провозился возле Виктора Павловича, но когда к нам подошел фельдшер, то тихо охнул.

— У вас дар целителя, ваше сиятельство, — торопливо сказал он. — Думаю, достаточно. Дальше врачи разберутся. Благодарю вас.

Я устало оторвался от охранника и сел рядом. Пальто промокло от валяния в грязи, и мне стало холодно.

— Тут просто вода, но горячая. В чайнике вскипятили.

— Оставь на промывку, — отказался я и поднялся на нетвердых ногах. Силы стало ощутимо меньше. Хоть и тянул из родового источника, но все равно много от себя добавил. Зато теперь становилось понятнее, зачем были нужны заклинания - они позволяли вязать Благодать так, чтобы затрачивать меньше энергии.

И в этот момент наконец-то появились машины с мигалками.

Я пошел навстречу выскочившему из авто тайному советнику. Сторож ткнул рукой в мою сторону, и Корф направился прямиком ко мне.

— Что случилось?

— Перестрелка. На нас напали сразу после похорон, — я кивнул в строну склепа, возле которого остались Матильда и отец. — Мы взяли языка, но Матильда говорит, у него мощный блок на памяти.

— Идем, покажешь, — мы направились в сторону аллеи, но сперва Корф оценил сгоревший микроавтобус.

— Моя.

— Это ты так колобком зарядил?

— Нет, “Жар-птицей”. Немного перестарался.

— Ты начинаешь беспокоить меня все сильнее, юноша, — тайный советник помрачнел сильнее обычного. — И у меня уже давно не было столько головной боли, сколько причиняет ваше семейство.

— Мне куда интереснее другое. Кто может на нас охотиться?

Корф кивком поприветствовал моего отца и Матильду.