Степные волки

Небольшой городок Банзугон, некогда носивший название Северск, был седьмым поселением, которое мы навестили. Вот уже две недели наш отряд бродил по степным просторам вдоль притока Атиля, речки Тальша. До этого только кочевья посещали, и все делали по одному сценарию. Гордей Родан и я, в униформе легкой наемной кавалерии, выезжали к людям, представлялись воинами, вернувшимися из похода на Штангорд, и просились на постой. А затем, обычно, нас отправляли к старейшине или старосте, у которого мы и останавливались.

После угощения и помывки шел целый ритуал, который был неизменен каждый раз. Староста расспрашивал нас о новостях в большом мире, а мы интересовались житейскими проблемами кочевников. Обнюхавшись, и поняв, что мы не шпионы рахов и не доносчики, староста становился откровенным, и мы так же раскрывались, кто такие на самом деле и чего хотим. Реакция была, надо сказать, очень разной. Кто-то сам отдавал нам свою молодежь. А кто-то, наоборот, падал на колени и слезно молил, чтобы мы снова уехали в степь и никогда больше не возникали в их жизни.

Что за люди, не понимаю их. Посмотрел я, как они живут. Ведь нищета полная, все у них отобрали и обобрали некогда гордых дромов до нитки, как с завоеванным народом обходятся. Зиму не все переживут, голод многих приберет. Нечего им терять, ибо не имеют они на своей земле ничего. Так чего за своего сына бояться, если он все одно к весне с чахоткой от недоедания сляжет, а если выживет, то его в наемное войско заберут и кинут штангордскую сталь своей кровью поить? Глупцы! Трусливые и потерявшие веру в себя люди.

В любом случае мы выкликивали молодых парней, собирали их и говорили, чего хотим. После чего забирали тех, кто был готов с нами уйти и небольшой отряд уходил в степь, где нас ждали балтские мечники и парни. Лошадей в поход взяли с избытком, по две заводных у каждого и, посадив наших рекрутов верхами, мы шли к следующему поселению. Худо-бедно, а полсотни молодых и готовых возродить славное прошлое парней уже собрали.

Из стойбища клана Каз-Ак, что значит Белый Гусь, где мы останавливались прошлой ночью, с нами ушло сразу двадцать человек. И среди них, что ценно, пять опытных и испытанных бойцов, прятавшихся в речных плавнях уже третий год, после подавления последнего восстания. Старейшина Каз-Ак, хромой Удал Славута, своих парней и мужчин к нам сам привел и, провожая в путь, отговаривал от посещения Банзугона. Говорил, что с гнильцой там народишко. Но я его не послушал.