Сбежать любой ценой

Чувствую, как от него пахнет жасмином или чем-то похожим на этот аромат.

– Не исключено. Я о тебе тоже ничего не знаю, чтобы… – Маллори не дает мне закончить.

– Полюбить? – спрашивает он и внимательно смотрит мне в глаза.

– Решить, как к тебе относиться, – говорю я, сомневаясь, что в нынешней ситуации смогу думать о любви.

– Считаешь, что, если я скажу, что не женат и не могу иметь детей, потому что бесплоден, это покажет тебе, какая я личность?

– Бесплоден? – переспрашиваю я, не совсем понимая, что он хочет сказать, акцентировав это.

Неужели это именно то страшное, от чего в испуге сбегали другие девушки?

– Наш король решил, что так будет лучше для всех, – с едкой усмешкой говорит Маллори. И мне становится больно от его слов.

– Но почему он так обошелся с тобой?

– Чтобы обезопасить себя от конкуренции. Материнство – это важно для тебя? – спрашивает Маллори, с напряжением вглядываясь мне в лицо.

– Не знаю, – расстроенно отвечаю я. – Это последнее, о чем бы мне хотелось сейчас думать.

И замужество тоже. Я просто хочу вернуться домой, это все, что для меня по-настоящему важно.

– Одевайся, нам скоро выходить, – бросив взгляд на часы, говорит Маллори.

Пока мы едем в поезде, размышляю, какие чувства вызывает у меня Маллори. И вызывает ли вообще. Так как перспектива публичного дома пугает меня очень сильно, то остаться с ним – это меньшее из зол. Но это если выбирать из плохого и очень плохого. А осталась бы я с ним, будь все хорошо? Исподтишка бросаю на него взгляд и понимаю, что не знаю.

Мы слишком мало знакомы. И я еще не пришла в себя после того, что случилось с Юрием. От одного воспоминания о нем становится дурно. Кровь отливает от лица и дышать становится тяжело. Видимо, я теряю равновесие, потому что Маллори подхватывает меня под руку.

– Тебе нехорошо? – с тревогой спрашивает он, поддерживая меня.

– Голова закружилась, – облизывая губы, отвечаю я. – Сейчас пройдет.

– Что-то болит?

– Только мое прошлое, – прижимаясь к стене вагона, говорю я. – Вспомнила того, кто в меня стрелял.

Если он доберется до моей сестры, я себе этого никогда не прощу.

– Не стоит винить себя за то, что ты в безвыходном положении, – говорит Маллори.

Ничего не отвечаю ему. Какой смысл спорить? Если бы он знал правду, возможно, он думал бы иначе. Но у меня сейчас не хватает мужества говорить о том, что произошло. Мне даже думать об этом страшно, а уж принять произошедшее… Возможно, мне бы стало лучше, если бы я поговорила с папой.