Сбежать любой ценой

– Мы никуда не спешим, – приваливаясь спиной к дереву, усмехается Вергилий. Он не сомневается в том, что ничего не произойдет и мысленно уже празднует свою победу. Я до боли закусываю губу, чтобы не заплакать. Смотрю на кристаллы и прошу их сработать, молюсь им, как будто они могут меня услышать.

Внезапно чувствую, что меня влечет к ним. Да так сильно, что я не могу сопротивляться. Делаю к ним шаг и робко касаюсь кристаллов. По ним пробегают искры, слышится тихий треск. Кристаллы становятся горячими, и я отдергиваю руку.

– Ничего себе! – растерянно произносит Рик.

– Я же проверял! – взволнованно говорит Вергилий и подходит ближе. – Они не работали!

Стою и смотрю, словно завороженная, как искры мечутся между кристаллами и в воздухе образуется световая воронка. Метка на бедре начинает пульсировать. Мне становится холодно, от сердцебиения закладывает уши. Жадно облизываю губы, не зная, как унять телесную дрожь.

– Дана! – хрипло шепчет Маллори, и я оборачиваюсь к нему. В его глазах блестят слезы.

– Попрощайся за нас с Адель и Габриэлем, – прошу я.

– Ничего не понимаю! – бормочет Вергилий. Воронка из света разрастается.

– Маллори, ты захватил голову Вайта? – спрашивает Рик.

– Держи, – протягивая ему торбу, говорит Маллори, а потом брезгливо отряхивает руки.

– Пора! – кричит Рик. Хватает за руки меня и Вергилия. Оборачиваюсь, чтобы в последний раз взглянуть на Маллори, и шагаю с парнями в сноп света.

Глава 17. Сто шагов назад

Проходя через портал между мирами, ожидаю испытать что-то необычное, но мне лишь слегка покалывает кожу. Свет сменяется чернотой, а потом следует яркая вспышка, от которой слезятся глаза. Проморгавшись, вижу, что мы стоим посреди поля. День близится к закату. Небо теплое, без облаков. Пахнет скошенной травой и солнцем. Пройдя сто метров, впереди различаю Федоровские конюшни. Тело тут же наливается свинцом, и я не могу шевельнуться.

– Эй, ты чего? – заметив мое состояние, небрежно спрашивает Вергилий.

– Меня здесь хотели убить, – говорю я, не сводя глаз с конюшен.

Рик следит за моим взглядом и, прищурившись, рассматривает покосившееся от времени здания.

– Не похоже на жилые помещения, – говорит он.

– Они давно заброшены. Несчастливое место, – коротко бросаю я. Спотыкаюсь и, обхватив себя руками, иду вперед. Подойдя к двери, замираю. Парни подходят следом и встают у меня за спиной.

Мы молча осматриваем конюшню.