Сбежать любой ценой

– И все?

– Ну, Звериная пустошь и Долина Мертвых вряд ли тебе будут интересны.

– А за ними?

Маллори не успевает ответить – поезд останавливается, и мы выходим. Он крепко держит меня за локоть, словно боится, что сбегу. А я жадно смотрю по сторонам, стараясь запомнить каждый дом, каждую улочку. Я все еще не могу понять, куда я попала. Для игры здесь слишком много декораций, которые выглядят натурально. А для реальности… От этой мысли у меня подкашиваются ноги. Хорошо, что Маллори все еще крепко держит меня и успевает подхватить, прежде, чем я падаю.

Но что, если это правда, и я попала в другой мир? Но как… Как такое возможно?

И тут я вижу экипаж, который тащит вперед… огромная… гусеница… размером с лошадь? Замираю на месте с раскрытым ртом, не сводя глаз с диковинного животного, которое весьма резво бежит, перебирая своими двенадцатью лапами. Серый цвет, мощное туловище. Короткие, но толстые усики, на концах которых что-то похожее на бубенцы.

– Что это? – ошарашенно спрашиваю я, поворачиваясь к Маллори.

– Глотаны, – буднично отвечает тот. – Есть верховые, есть ездовые.

– И в чем различия?

– В размерах. Верховые миниатюрней.

– У тебя тоже такой есть?

– Конечно.

– И ты на них верхом ездишь?

– Иногда. Глотаны милые, они тебе понравятся! – сдерживая смех, говорит Маллори.

– Спасибо, я лучше ножками как-то, – бормочу я, и Маллори смеется. Наверное, я бы тоже смеялась, если бы он возвел лошадь в ранг чудовищ.

Мы подходим к зданию с большими витринами.

Маллори тянет меня за собой, и мы поднимаемся по ступенькам. Дверь открывается, и мы входим в просторное помещение. Господи, сколько же здесь обуви! Самой разной, цветной, странной, пафосной, женской, мужской – глаза разбегаются.

– О, твоя девочка уже поправилась! – выбегая в зал, с улыбкой говорит светловолосый парень. Он моложе Маллори, более упитан, и у него приятная улыбка.

– Я зашел заплатить за сапоги, – кивая в мою сторону, говорит Маллори. – Дане все подошло.

– Это прекрасно! – потирая руки, говорит Берт.

– Может быть, что-то еще? Например, обувь для дома?

– Нет, ничего не надо больше! – торопливо говорю я, а сама пялюсь на сапожки со шнуровкой из перьев.

– Ну, ладно. Кстати, эта коллекция в единственном экземпляре, – заметив мой взгляд, говорит Берт и кивает в сторону другого стеллажа. – А вот там стоят дубликаты.

– Они прекрасны! – искренне говорю я и думаю, что, будь у меня деньги, купила бы себе такие.