Сбежать любой ценой

Я все забываю спросить у местных – бывает ли здесь солнце. Поднимаюсь на ноги и отряхиваю платье. Мне хочется принять душ и привести себя в порядок. Волосы спутались и стали похожи на стог сена. На тумбочке возле дивана замечаю сосуд с питанием. С благодарностью принимаю его и чувствую, как наполняется теплом и силой тело. Дома подозрительно тихо. На цыпочках поднимаюсь на второй этаж. Дверь в комнату приоткрыта. Вергилий стоит у окна, Адель поблизости нет. Меня это почему-то радует. Буду честной – я ее побаиваюсь, особенно ее перепадов настроения.

– Ты слишком громко стоишь за дверью, – не отвлекаясь от окна, говорит Вергилий. Вздыхаю, и вхожу в комнату.

– Где Адель?

– Ушла прогуляться. Хотела позвать тебя с собой, но ты так сладко спала, что она не решилась тебя будить.

– Не верю, – говорю я. Ведь уж кому-кому, а Адели плевать на чувства других.

– Ладно. Я попросил ее тебя не трогать, – усмехается Вергилий и поворачивается ко мне.

– Твоя доброта подозрительна.

– Стараюсь как-то компенсировать твою возню со мной, – просто отвечает Вергилий.

– Выживешь – все вернешь.

– Да-да, конечно. А еще мы обязательно встретимся в следующей жизни, – криво усмехается Вергилий. Он сегодня бледнее, чем вчера. Одежда, что вчера еще подходила ему, висит, как на вешалке. Он угасает на глазах.

– Не уверена, что хочу знакомиться с тобой второй раз, – говорю я. Вергилий едва заметно улыбается. Какое-то время мы стоим и смотрим друг на друга. – И вообще, я же не просто так, я хочу вернуться домой.

– Конечно, как же еще, – откликается Вергилий и я жалею, что сказала об этом.

– Просто выздоравливай, – говорю я, чувствуя себя неловко.

– Тебе надо тренироваться, – подходя ко мне, говорит Вергилий, и его руки оказываются у меня на плечах. Всего лишь на мгновение, но я успеваю вздрогнуть от неожиданности.

– Да, наверное, – машинально говорю я. – Начну сегодня.

Между нами снова повисает молчание. Я не знаю, почему не ухожу, придумав какую-нибудь отговорку.

– Кто тот человек, Юрий, которому ты желаешь смерти? – тихо спрашивает Вергилий. До боли закусываю губу. Что ж, когда-нибудь мне придется рассказать правду. Чем для этого плох этот момент?

– Друг семьи, – медленно говорю я. – Мы все доверяли ему, а он оказался… Оказался маньяком, которого так долго искал мой отец. Юрий похитил меня, а когда я смогла бежать, стрелял мне в спину. Если бы не Маллори, я бы не выжила.

– Подонок, – с глухой яростью произносит Вергилий.