Игра Теней (I)

Кажется, самое то, чтобы проверить «возможности игрока».

Сбежав по лестнице, я прошел через таверну. Количество игроков вроде бы не изменилось. Только показалось, что хозяин взглянул странно. Задумчиво, что ли.

Я не обратил внимания. Сейчас меня больше занимал вопрос: где взять какой-нибудь клинок? Хотя бы самый препаршивенький.

Задумавшись, я едва не налетел на здоровенного, как бабкин сарай, мужика в черном доспехе, он как раз с двумя соратниками только что миновал двойные двери таверны. Едва не налетел, но и обойти тоже не удалось.

Когда я их заметил, мы оказались лицом к лицу, прямо на середине прохода.

— Куда лезешь? — воин говорил с такой презрительной ленцой, словно ему было невыносимо противно разлеплять губы для общения со мной. — Ослеп?

Кровь бросилась мне в голову!

Как он позволяет себе разговаривать со мной таким тоном?! Взор заволокло красным, я стиснул зубы и шагнул вперед.

— Куда прешь, идиот!?

Профиль сам по себе вспыхнул кровавым сообщением:

Таверна исчезла.

Теперь в фокусе лишь фигура противника в багровой окантовке, а все остальное подернулось расплывчатой дымкой. Очень правдивая трактовка боя, когда ничего не видишь вокруг, кроме врага.

У Халга брови полезли на лоб, гримаса невыносимой скуки разорвалась удивлением. Удара от меня он точно не ожидал, тем более удара кулаком, а не благородного боя на исполняющих песнь стали мечах. Мой кулак угодил ему прямиком в нос, благо шлем этот «рыцарь» держал подмышкой.

Под костяшками хрустнуло, его голову запрокинуло, на моих пальцах осталась липкая кровь.

Удар заставил здоровяка отшатнуться, он захлопал глазами. В недоумении потрогал нос, вытаращился на кровь, оставшуюся на ладони.

Я словно прозрел!

Вот что значит «равные возможности»! Я со своим жалким первым уровнем могу завалить могучего игрока двенадцатого уровня, но… Мой урон, если бы удар не был критическим, равен от 5 до 8 единиц Здоровья. Его — судя по профилю, от 450 до 800! Да мне достаточно с таким раскладом, чтобы он на меня плюнул! Конечно, я могу его завалить, но если только он будет связан.

Да и тогда бить придется часа два! А то и вовсе толпу «первоклашек» собирать — так сказать, гуртом и батьку бить сподручней.

«Равные возможности», ага, щаззз…

А Халг между тем пришел в себя. Его морду, словно из камня высеченную, перекосила гримаса ненависти. Стекла в оконных рамах задрожали от скрипа его зубов.