Правление Штормов

С трудом, но они смогли разобраться в уже едва читаемых словах и понять точную дорогу. Судя по карте, к выходу на поверхность они должны были выйти на следующий день.

Для ночлега они снова выбрали убежище в наиболее крепком с виду доме. И не пожалели об этом, когда утром в пыли у выхода увидели следы чьих-то лап. Отпечатки были примерно с мужскую ладонь.

День перевалил за полдень, когда гвардеец первым заметил на стенах указатели направления, ведущие в ближайший тоннель.

Ирртка прищурилась, всматриваясь в надпись и уверенно кивнула:

– Да.

Венс едва заметно повеселел и уверенно зашагал впереди. Как бы он не пытался это игнорировать, на такой глубине, чувствуя над собой сотни и тысячи тонн камня, иметь лишь весьма приблизительное понятие о направлении к выходу было очень неприятно. Но это скоро будет позади.

Он повернулся к девушке, собираясь что-то сказать, как из листьев растения, росшего из трещины в плитах, прямо им под ноги выскочил какой-то мелкий зверек. Венс инстинктивно отпрыгнул, и для подточенной временем, корнями и норами дороги это стало последней каплей.

Часть яруса за их спиной, несколько сцепленных между собой плит, откололись одним концом и рухнули на нижний уровень, ломая его и увлекая за собой в увеличивающуюся пропасть.

Гвардеец упал с края разлома, но в последний момент смог уцепиться за обнажившиеся корни какого-то по счастью очень крепкого и настойчивого растения, засадив носки сапог в неровности в скале и вжавшись в нее всем телом.

Пока держалась.

Венс подождал, пока пыль немного осядет, и рискнул осторожно поднять голову. До края уступа было не дотянуться. Он попытался разжать одну руку, чтобы вскарабкаться наверх, но под увеличившейся нагрузкой пучки корней в другой руке начали рваться.

Гвардеец поспешил вернуть все как было и снова вжался лицом в камень, обдумывая план действий.

– Венс?.. Ты жив? – неуверенно послышалось откуда-то сверху.

Он снова поднял голову и встретился глазами с иррткой, свешивающейся с края обрыва прямо над ним.

– Пока да, – прохрипел он.

Девушка молча продолжала смотреть на него.

И гвардеец вдруг увидел и четко осознал, что она колеблется. Она была в безопасности и могла спокойно встать и уйти, бросив заклятого врага в черных доспехах, символ боли и страданий её сородичей. Уйти, не оглядываясь, и совсем скоро вернуться домой.