Война кланов. Ведарь

– Долго ты ещё возиться будешь? – пробурчал Сергеич, – Как баба собираешься!

– Всё-всё, я готов, – я выпрямился и одернул куртку.

– Покеда! Далеко не убирай обмундирование, авось ещё вернется, – Сергеич посмотрел на охранника и подтолкнул меня к выходу.

Вышли в промозглый серый день, но даже свет от низкого неба показался ярким после тусклой камерной лампочки. Четырехэтажное здание удалялось по мере приближения к КПП. В лужах отражались стальные ворота, увитый колючкой забор опоясывал территорию.

Всего одна ночь, а как сдвинулось сознание. Всё готов отдать и рассказать милиции – лишь бы не вернуться обратно. Вряд ли меня ждали в камере с распростертыми объятиями.

На КПП Сергеич достал из нагрудного кармана сложенный вчетверо листок и передал за зарешеченное стекло.

– Чё без наручников? – поинтересовалось опухшее лицо за стеклом.

– Да куда он денется? – в ответ спросил Сергеич, – С простреленными ногами далеко не убежит.

Пухлый охранник заржал дежурной шутке и отдал листок обратно.

На выходе рычал заведенный милицейский «уазик». Приоткрылась боковая дверь, я обратил внимание, что по низу краснела ржавая полоса. Обычное отношение к казенным вещам – вроде как не моё и нечего за это отвечать.

За рулем сидел крепкий парень в синеватом камуфляже, короткий ежик русых волос приветственно кивнул моему провожатому. Я нырнул на заднее сиденье, громко хлопнула дверца, и с другой стороны залез Сергеич.

– Здорово, Сань! – я повернулся к охраннику, но оказалось, что он обращается к водителю. – Давай по дороге заскочим ещё за сигаретами.

– Здорово! Вроде есть пока, угощайся, – водитель протянул назад полупустую пачку «Примы».

– Сам травись такой гадостью, я же от «Балканки» не отступлюсь. А ты, дружок, сиди тихо и не дергайся, тогда и доедем мирно, без лишних болевых телодвижений, – Сергеич положил мне на плечи руку, тяжеленную как железнодорожная рельса.

Сквозь ткань камуфляжа ощущались тугие мышцы руки, словно её сплели из канатов.

Водитель вел умело, маневрировал в потоке неспешно ползущих машин. Пару раз подрезал, но возмущенных сигналов не последовало – люди предпочитали не связываться с ментами. Однако в запыленном зеркале заднего вида мелькали сомкнутые губы и нахмуренные брови «подрезанных» автовладельцев.

Охранник и водитель переговаривались о быте.