Война кланов. Ведарь

Но шутки шутками, а ребята не внушали доверия.

Тревога шевельнулась где-то глубоко внутри – обычно парни субтильного телосложения тявкали пару раз и отходили, но эти явно похожи на «зазывал». Подобные индивидуумы появлялись на каждой дискотеке: специально напрашивались на грубость и выводили на улицу обычным предложением: «Выйдем, поговорим? Или зассал?». А в темноте поджидала толпа в пять-десять человек, и у всех нестерпимо чесались кулаки.

Так и есть – один из парней мотнул стриженой головой в сторону выхода.

– Здрасте, господа хорошие, и недобрым тоже привет! Что за терки на танцполе? – я постарался улыбнуться как можно дружелюбнее, авось удастся уладить мирным путем.

Так не хотелось доказывать кому-то, что мои зубы мне ещё пригодятся.

– Что за чудо вылезло? Не суйся – не с тобой базар ведем, а то тоже огребешь! – коротко стриженный окинул взглядом мою внушительную фигуру.

– Он здесь был, а вот вы откуда выползли? Дергайте обратно, пока в памяти! – предложил Евгений.

Если предложил, значит, не очень сильно достали, хотя крылья носа отчетливо подрагивали, и кончики пальцев выстукивали дробь по шершавой стене.

– Ты борзянки обожрался, марамой? Тяни кента и пойдем побазарим, нечего перед мусорами светиться! – ответил другой парень, худым лицом и длинным носом похожий на крысу. Вытянутый нос постоянно шмыгал, и вертелся по сторонам, словно принюхиваясь к чему-то.

В десяти метрах от нас активно кокетничала с двумя молодыми милиционерами заведующая отделением технологов.

– Нет, бойцы, давайте на месте перетрем и разбежимся своими дорогами! – я ещё надеялся на мирное урегулирование и скорейшее возвращение к Юле.

– Чё, подружки, боитесь – мы вас в кустиках опустим? – ощерился стриженый парень.

Последней фразой он все-таки добился своего – окончательно вывел из душевного равновесия Евгения, и похоронил недавнюю надежду на мирное урегулирование конфликта. Кулак стукнул по стене, и на темно-синей поверхности осталась паутинка белых трещинок.

– Пошли, хмыри!!! Нечего впустую гонять!!! – рявкнул Евгений, ноздри гневно вздымались, подобно крыльям летящей птицы.