Тёмных дел мастера. Книга четвёртая

— Здесь не только воля Азара! Этот человек перед тобой, глупая, — хаас-динец с большим усилием приподнял налитые свинцом руки и оттолкнул от себя жену брата, — как ты думаешь, кто он?

— Он спасты тебя, Исдан. И нас тоже, — сразу же затараторила хаас-динка, не понимая истинной причины его вопроса. — Ваша с Амеком задумка пошла плохо. И агенты погналыс за нами. Я и Энора добежалы до дороги, а там этот гюрех. Но мы не зналы, что он с собой везёт. Честно не зналы!

— Это не просто гюрех, ты дур-р-ра! — рявкнул на неё осерчавший деверь, попытавшись опереться на локти и подняться повыше, но не смог и снова упал.

Слушая всё это со спокойным выражением лица, сам старик с луком, похоже, не находил слов, чтобы вмешаться в их диалог. И лишь молча продолжал выискивать под ногами у спутников свой рюкзак, пока суматоха преследования ненадолго сошла на нет.

— …Ты ведь из рода Устенов, так? Незнакомец? — не сдержался наконец хаас-динец, сам обратившись к нему напрямую.

— Я всё, что от него осталось, — как будто между делом констатировал старик, отыскав то, что искал, под одним из сидений. — И совсем не хотел спасать твоих женщин от… от кого они там убегали… Но сдаётся мне, что враг у нас один.

— О, так ты и правда он! — с облегчением выдохнул Исдан. — Прости, почтенный старец, что втянули тебя, и прими мою сердечную благодарность за наше спасение.

Следуя примеру мужчины, хаас-динка и мальчик тоже быстро поблагодарили лучника в своей кроткой манере.

— Э, да будет вам, — пробурчал Гортер, нагнувшись за своим рюкзаком и вытащив его за лямки из-под ног паренька. — Лучше скажи, откуда тебе известно обо мне. Да ещё и так много. Неужто начитался тогда газетных врак про меня, как и другие?

В глубине души старик до сих пор корил себя за то, что решил принять участие в том проклятом королевском заказе двадцатипятилетней давности и таким образом навсегда открыл своё имя каждому жителю Сентуса, до которого добралась тогда пропаганда правительственных агентов.

— Нет, — с удивлением для бывшего следопыта, однако, ответил Исдан. — Про это я ничего не знаю. Но когда наш отец был ещё жив, то часто рассказывал нам об одном древнем роде. Об Устенах из Сентуса.