Тёмных дел мастера. Книга четвёртая

«Гав… Гав, гав… Гав, гав… У-у, вав!» — слышалось Альфреду где-то в самом центре его размышлений, словно это был какой-то неудержимый ритм, который одновременно и раздражал юношу, и поддерживал его существование.

Определённо, что-то подобное он уже ощущал — правда, очень давно…

«Гав… Гав, гав…»

И тут у молодого бунтаря впервые с момента падения возникла новая догадка! Перенаправив на несколько секунд свои энергетические усилия, он понял, что эти звуки не являлись частью внешнего мира, а всё время раздавались в его голове, как эхо.

Это была речь. Слова в ней произносились с таким особенным перезвоном, что лишённый определённых талантов человек не был способен отличить их от самых обычных звуков, наполнявших его повседневность. Однако всякий чёрный колдун, который мог усилием воли расширить своё сознание настолько, чтобы начать воспринимать мир по-другому, рано или поздно получал возможность не только слышать подобные вещи, но и видеть, от кого они исходят.

— О! Это ещё живо.

— Вот так, Мерцающий! А ты говорил, что это простой человек, как все остальные.

— Мерцающий так не говорил. Так говорил Оранжевый.

— Неправда! Оранжевый сюда вообще только недавно пришёл! Сразу после появления первой звезды.

— А может… а может, тогда давайте разбудим это? От него пахнет путешественником по другим мирам. Как от нас.

— Блуждающие, — безучастно проговорил Альфред, стоило ему ещё немного сощуриться и наконец увидеть, как несколько разноцветных огоньков размером с ладонь то исчезают, то появляются перед ним в зыбких сумеречных тенях.

— А-а-а! Это говорит на нашем языке! И оно зовёт нас нашим вселенским названием! Исчезаем! — пискнул огонёк, что находился ближе всех к чёрному колдуну.

Но Альфред, скорчив кровожадную ухмылку, с невероятной скоростью выбросил вперёд руку — и шибанул ею по самому центру их группы. Такая атака не прошла для лохматого бунтаря бесследно, отозвавшись невыносимой болью в суставах, которые неизбежно пострадали, когда Альфред влил в них чуть ли не последние остатки тёмной магической энергии, совершив тем самым почти невозможный для любого другого человека молниеносный выпад.