Сердеум

Казалось, прошло несколько минут, а на деле пара часов: ворота замка остались далеко позади, а сама девушка стояла в одном из дальних районов Сердграда.

— Ты еще и не слышишь ничего? — снова сердито спросил кто-то.

Катрин опустила взгляд. На земле сидел юноша, ее ровесник, с густо-карими глазами и растрепанными светло-каштановыми, ближе к медовому цвету волосами. Он собирал в сумку выпавшие учебники с разлетевшимися бумагами, косо поглядывал на Катрин и что-то тихо бурчал под нос. Пиджак его был сырой и грязный, а рядом недвусмысленно поблескивала лужа.

«Кажется, я его сбила. Но почему я этого не почувствовала?» — отстраненно подумала девушка, но на свой мысленный вопрос не ответила.— Извини, я была… Немного не в себе. — мотнула головой она и присела, чтобы помочь собрать бумаги.

Сама же незаметно оглядела незнакомца. Сердце его стучало раздраженно, но занято было все равно чем-то другим. Юноша беспокоился о чем то, машинально сгребал листки, наспех совал в сумку, и был словно не здесь. Должно быть, разговаривал с сердцем, либо был слишком занят мыслями.

«А он ничего такой, красивый, — подумала про себя Катрин. — Пиджак староват правда, но к лицу. И куда он так спешит?»

Она мельком взглянула на бумаги, которые поднимала с земли. Очевидно это был черновик: строки перечеркнутые, переписанные по десять раз, смазанные. Но заголовок, от которого она застыла, как изваяние, был выведен ярко и четко: «Синсерды. Возможно ли вернуть исчезнувшее сердце?»

Юноша выхватил у нее из рук листы, спешно и небрежно запихнул в сумку, а после поднявшись и по всем правилам приличия подав ей руку, буркнул недовольно:— Лучше бы смотрела, куда идешь.

Катрин машинально поднялась, но не успела ничего сказать: юноша скрылся в серпантине улиц, оставив ее изумленно смотреть вслед. Мысли сменились, и среди них зародилась надежда.

Глава 3. Добывай мне информацию.

Бесшумно натянулась тетива лука. Острый наконечник тускло блеснул в затерявшемся среди ветвей солнечном луче и вновь скрылся в тени.

— Еще ближе, ну же.

Олень перед ним настороженно поднял голову, прислушался, но через несколько секунд успокоился и продолжил осторожно пробираться к ручью, протекающему недалеко от елей, среди которых и прятался охотник.

— Дилан Себастьян эве-Медделин Рэй! — раздался резкий оклик, эхом прокатившимся в лесу. Стрела сорвалась с тетивы, но оленя уже как след простыл.

— Дилан Себа...!

— Я здесь, не кричи.