Серебряный. Поиск дорог

Рамир фыркнул, но было видно, что его приятно зацепили слова друга.

- Ты чувствуешь? – спросил Иланди. – Какая здесь невероятная сила стихий?

- Я чувствую, что здесь стало тяжело дышать. Раньше такого со мной не было. Наверное, из-за большой влажности.

Дим покачал головой. Нет, дело было не во влажности. Здесь просто зашкаливало от невероятного напряжения и концентрации огромной мощи. Он постоянно оглядывался, всматривался в камни, вершину горы, пытался понять, проникнуть в суть.

Он закрыл свой хьярт, чтобы лучше видеть холст мироздания, его целостную картину.

Лучше не стало. Только перед глазами - марево из плотного тумана, который окутывал пик и расползался по всему хребту.

- Я вот, что еще хотел, - голос Рамира прозвучал неуверенно.

Дим вопросительно посмотрел на молодого человека.

- У нас в Фельсевере есть традиция – братание кровью. Если два человека смешивают свою кровь, они становятся братьями. И эти узы сильнее родственных.

Он достал из-за пояса два кинжала.

- Ты меня совсем не знаешь, - серьезно произнес Димостэнис.

- Для любого фельсеверца братание важное решение. Когда мужчина достигает аров своей самостоятельности, отец дарит ему два ритуальных кинжала. Они могут использоваться только один раз. Кровных братьев не может быть много. Это как крик сердца, когда оно указывает на близкого человека.

Рамир достал из ножен один кинжал и провел остро заточенным лезвием себе по ладони. Протянул его Диму.

- Это моя сторона души. Ты можешь ее принять и не отдавать взамен свою.

Я все равно буду тебе братом. Ты же будешь свободен от любых обязательств. Или, - юноша пожал плечами, пытаясь скрыть волнение, - сделать как я. И мы будем связаны с тобой кровными узами.

Димостэнис прикрыл на мгновение глаза.

… - Дим, - тихий шепот заставил его вернуться в реальный мир. Все тело ломило, мышцы, суставы, болела даже кожа. Воздух будто состоял из раскаленных игл, и каждый вздох причинял боль.

- Дим, - зов повторился.

Пришлось открывать глаза.

Аурино склонился над ним, пытливо разглядывая.

- Ты как?

- Ужас, - еле шевеля губами, произнес он.

- Пантерри сказал, что ты чуть не умер. В подземелье слишком большая концентрация энергии. Ты повредил себе хьярт.

- Знаю.

- Зачем ты сделал это?

- Тебя бы убила ловушка.

Будущий император положил ладонь на его руку.

- Я никогда этого не забуду. Теперь ты мой брат. Там в подземелье мы смешали нашу кровь и эти узы сильнее любых родственных.