Виски с дымком и ангел

Виски с дымком и ангел

Лиза Романова

Глава 1

Рука Ангела на моём плече сжалась. Я взбешённо скрипнул зубами, но сбрасывать не стал — шуму бы наделали. Вместо этого медленно поднял руку к своему же многострадальному плечу, блаженно улыбнулся, тронул тыльную сторону ладони Ангела кончиками пальцев... И впился в его белоснежную холёную кожу ногтями. Ещё и испепеляюще зыркнул исподлобья.

Ангелу явно стало плохо. Он прикрыл глаза и тихо зашипел сквозь зубы. Руку убрал. Одними губами прошептал «убью». Я издевательски вскинул куда-то на лоб одну бровь.

Но от того, что Ильмар убрал руку, обстановка почему-то не изменилась. Все как раньше продолжали жаться по углам, абсолютно беззвучно. Даже если кто-то иногда всхлипывал, его быстро затыкали. А одна сволочь из выпускного класса до сих пор издевательски меряла шагами пространство перед рядами столов и скамеек. И сидели мы так уже минут двадцать, потому что у этого раньше такого тихого и забитого урода в одной руке была самопалка.

Хотя я бы уже давно выскочил, просто чтобы не сидеть на месте, смиренно сложив лапки на груди в молитвенном жесте. Не хотелось на покой по-классически отходить. Но у этого плана была проблема. Даже две, хотя первая — отсутствие плана как такового — и была слишком уж относительная. По крайней мере, раньше мне это никогда не мешало.

Я тихо придвинулся к нему, хотя под скамьёй мы и так сидели довольно близко, потянулся к его уху и тихо прошептал:

— Чего они ждут?

Они — это вроде как законники, которые вообще-то уже образовали какую-то толпу около школы. Я знаю, я из окна видел. Поэтому, собственно, и спросил, за каким чёртом мы всё ещё сидим здесь.

Ангел бросил короткий взгляд на окно. Вроде как ничего не выражающий, но я его знаю три года, чтобы понять — святой Ангел не на шутку злой.

— Боятся. Что у этого двинутого окончательно крышу снесёт.

Я фыркнул, язвительно, но всё ещё тихо — какая-то часть мозга у меня ещё оставалась адекватной, всем назло.

— Эти, — я кивнул на рассыпавшихся по полу самых счастливых и понимающих, — тоже боятся.

Раздражённый взгляд Ангела лучше всяких слов сказал мне, что он и так знает. Иль, в смысле, не взгляд. Я помолчал с минуту, послушал мёртвую тишину...