Нелюдь

В нем уже находился Юра, который скользнул вниз раньше меня и начал своим ножом освобождать от веревок четырех пленников.

Ими оказались парни разного возраста. Самому младшему было около девяти, и он где-то на голову был выше меня, двое других были ровесниками лет одиннадцати, а последний оказался самым старшим, ему лет пятнадцать; очень высокий парень с плаксивой миной на лице. Пленники что-то невнятно мычали и пытались растереть затекшие после долгого лежания конечности.

— Кто вы такие? — задал я вопрос, на который мне неожиданно ответил Альт:

— Им сейчас тяжело говорить, в глотке пересохло. Придут немного в себя, и мы поднимемся наверх, поищем воды, а потом уже и поговорим. Но если тебе интересно, то троих я знаю, — показал он на младших парней, — а вот этого дылду первый раз вижу.

Когда пленники пришли в себя, самые младшие вылезли наверх, а затем общими усилиями отодвинули тяжелый шкаф в сторону, чтобы расширить проход и дать возможность вылезти долговязому.

Оказавшись наверху, Альт уверенно повел нас на кухню, которую он перед этим обнаружил. На трупы все прореагировали одинаково спокойно, кроме долговязого. Того скрутило в три погибели, и он, как и я получасом ранее, стоял на карачках, выташнивая желчь. На лицах других бывших пленников при этом появилась гримаса презрения.

Добравшись до кухни, мы нашли здесь немалые запасы провизии. Несколько мешков различных круп, бочки с чистой водой, копченое и вяленое мясо. У меня просто глаза разбежались от такого богатства. Я по-иному взглянул на этот дом, на все деревянные ложки, кружки, тарелки, в большом количестве расставленные по всей комнате. Отметил и такие интересные вещи, как лампа, похожая на керосинку, большие и маленькие чугунки и многое другое, не менее важное для меня сейчас.

В предвкушении приятных приобретений я прикрыл глаза и замечтался. А когда открыл, то заметил, что в это время все пленники жадно глотают воду и очень быстро работают челюстями, уничтожая запасы копченого мяса.