Аргилай. Возвращение домой.

– позвала Трицитиана, подсаживаясь рядом на лавку.

Зеленые глаза, с воспаленными красными сосудиками, совершенно пустым взглядом посмотрели на наемницу. Художник икнул и вновь уткнулся взглядом в свою кружку.

Решив не тратить время на лишние разговоры, Трица, подхватила подмышки легкого Пьера Мольберта и бесцеремонно поволокла к двери.

- Стоять! – выход на улицу преградил хозяин кабака. - Не пущу! Он третий день в долг бухает.

К ногам кабатчика упала горсть мелких монет.

- Пошел прочь! – прорычала наемница, сверкая глазами цвета весеннего льда.

Несмотря на вступившую в свои права осень, на улице все еще было тепло. В лучах солнца, мириадами брильянтов сверкала вода, вылетающая из пасти неведомой каменной рыбы. Как раз в чашу этого диковинного фонтана Трицитиана с размаху макнула Пьера. Несколько мгновений зеленый змей, затуманивший мозг художника, не позволял тому понять, что произошло и куда делся воздух. Но затем мужчина начал отчаянно сопротивляться. Арт-три отпустила свою жертву и отступила назад, чтобы не быть забрызганной.

- Эээ… Ааа… Мяя… - невнятно забубнил он, возвращаясь в объятия дешевой выпивки.

- Значит мало. – сделала вывод рыжая женщина и, пожав плечами, вновь подхватила пьянчугу и окунула головой в фонтан.

Вторая порция водных процедур проходила дольше. Трица не отпустила Пьера Мольберта после его первых попыток сопротивления, а держала столько сколько сочла достаточным.

- Фея! – отплевываясь и тяжело дыша, удивился художник. Он озирался по сторонам и пытался понять, как он тут очутился. – Откуда ты?

- Проездом. – мрачно ответила женщина. – Где Искра?

- Искра? – переспросил Пьер и, непонимающе, уставился на собеседницу. По его мокрому лицу пробежала тень воспоминаний. – Искра… Искра? А Искра!

- Где, твоя, жена? – словно молотком вдалбливая каждое слово, громко спросила Трицитиана.

- Создатель всемогущий! За что мне это? – худой мужчина закрыл свое лицо изящными ладонями и зарыдал в голос, причитая.

Трица схватила художника за руки и рывком отвела их от его лица. Отвела и тут же вмазала Пьеру Мольберту звонкую пощечину. От мокрых волос во все стороны полетели брызги. Женоподобный мужчина пошатнулся и упал на мостовую.

- Где она? – повторила наемница.

- Я не знаю. – простонал мужчина и подтянул колени к подбородку.